Royal Horse Family. ВЕДУТСЯ ТЕХ. РАБОТЫ ПО ВОССТАНОВЛЕНИЮ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Горный водопад

Сообщений 1 страница 20 из 45

1

http://i077.radikal.ru/1112/7a/825b8d67623d.png
Дивное, свежее место. Не смотря на шум водопада, здесь очень уютно.

2

<---Березовое пролесье.
Троянская кобыла. Просто троянская кобылица из соломы и древа.
Кто-то когда то говорил, что когда извергается Везувий, осушаются реки, сохнут озера, застывают водопады. И одна горящая Троянская кобыла бегает вокруг хаоса, потому что горит, а воды нет ни капли. Так и сдохла во время Помпеи, при Гае Юльке Цезаре.  Ушла так сказать ad patres. Молодцы древние греки, здравыми ребятами были, даже латынь у них была, свой язык.  Тайное общество было плохим, недаром развалилось на две части, хотя это совсем другая опера в театре Пушкина.
Шум.
Впереди шумела вода, сотни литров жидкости падали вниз. Водопад не спал даже зимой. А чего? Везувий не извергался, вода падала, вода шумела. Кап-кап. Будь это море, Айвазовский оценил бы. Он мудрым был, оценил бы. Жаль не море. Жаль не Неаполь.  Глаза заслезились, обида закапала из под век, Каулквейп чихнул. Сопля повисла на длинной ниточке и неожиданно резко оборвалась, прямо на белый снег. За ночь он покрылся корочкой, как на подтаявшем эскимо и приятно хрустел под ногами. Брейлен оценил бы. Ну тот что Эйген.  Молодец, первопроходцем. Не боялся говорил, ввел такой замечательный термин, используемый в нынешней речи. Как бы без Брейлена жили, как бы?
Еще бы колесо не изобрели и огонь добывать не умели. И опять все скатывается к греческой мифологии, к Зевсу за пазуху. Каулвейп вздрогнул, представив как седовласый Зевс грызет свои молнии, как сыпется с зубов горящие крошки.  Но, орел не ловит мух, это ясно всем, даже такому тупице, как серый.  Ожидание капало мутной водой, как говорили древние, время капало водопадом.  Становилось все холоднее, а из-за ночи проведенной на холодном снегу, нестерпимо покалывало бок, и Каулвейп время от времени постанывал. Наступать на передную левую ногу было проблематично, но серый упрямо повторялся. Наступал, морщился, наступал, морщился, чихал и наступал.
Водопад был настолько близко, от его шума ломило уши. Жеребчик был не уверен что слышит даже свои мысли, настойчиво крутившиеся в голове. Чуть запрокинул голову назад и трубно заорал по лосиному. Звук растворился в тишине, а может его сожрала коварная Троянская кобыла. Она вполне могла прятатся вон за тем деревом, или за тем камушком. Боятся не темноты, боятся того что в ней. А в ней пауки и щупальца. Вода сбликовала и Каулквейп поежился. Не хватало еще щупальцами бредить, не хватало. Ведь щупальце сосредоточение в себе отвратности и всего что может найтись в этом мире. Например оторванных паучьих лапках.
Капли воды колотились по замершим, мясистым листьям кустов, звук получался мягко говоря скорбный. Но либо Цезарь, либо ничего. Каулк передернулся, но поковылял к воде. Ночные сумерки еще не рассеялись, с неба сиротливо поглядывал огрызок луны.  Кровь из разбитого носа спутника, закапала горизонт, небо окрасилось в  розового-синий цвет. Звезды погасли, а может их сожрал ненасытный Везувий? Или Минотавр? Кому в жертву приносили девственниц, непорочных и чистых душою? Печенкою скорее, если быть точнее.
- А вкусна ли печень? - в воздух спросил жеребец, боязливо поглядывая по сторонам. В висках забили молоточки, отмороженный бок заныл с новой силой. Водопад шумел, вода не сожранная помпеями падала вниз, попадешь под такую, смоет на раз два, как неугодное имя из летописи.  А каков вывод? Надо на кампях вырезать, так точнее будет и надолго сохранится. Вздох колючими иголочками зацарапал носовую полость, хотелось чихнуть.
Утробный звук стука воды по листьям, действовал на нервы, это было похоже на наивную самоедеятельность малыша, засевшего за пианино. А хорошо когда природа-дитя, значит ей этот мир больше не наскучит. Разберет, повертит и соберет заново. Кубик-рубик с четырьмя китами и семью черепахами. Пять антенн глупости и самомнения. Поганая Троянская кобуча, да пожрет ее печень старик Минотавр-Айвазовский.

3

Зима. Такое время года, когда искать еду и воду нужно тщательнее, быть осторожным на каждом повороте, ибо можно завалиться на бок. Это нужно особенно тем, кто весит мало или наоборот много. Но Диабло это не страшно. Он спокойно идет по небольшой протоптанной тропинке к водопаду и, когда подходит к краю, останавливается, и смотрит куда-то вдаль, раздумывая о дальнейшей своей жизни. Он чувствует, что где-то здесь, на этих землях живет его брат. Ему даже рассказали, как он выглядит,  да и вообще, даже сказали его имя. Поэтому найти его не составит труда, особенно для Демона ,как его называли другие.
Жеребец смотрит вниз и громко дышит, пуская пар в воздух, и наблюдает за тем, как тот поднимается наверх и испаряется. Он снова опускает голову вниз и разрывает немного носом снег, а потом вступают в ход уже и копыта. Все-таки еду то нужно было найти. Он ее и находит. Немного пожевав травы, он начинает спускаться вниз, осторожно так, проверяя каждый клочок этой земли, чтобы ненароком не упасть вниз. Доходит благополучно – достижение. Жеребец подходит к небольшой речке и бьет копытом по льду раз, потом второй и третий. Вот и вода. Он замечает недалеко от себя еще одного жеребца. Он поворачивает голову в его сторону и громко фырчит. Нет, не для того чтобы привлечь внимание, это ему не нужно.
Даичи снова поворачивает голову к воде и снова начинает ее пить. Замаялся бедненький, такой путь то совершил. Устал бедненький. Он вздыхает и закрывает глаза, дергая мышцами, чтобы согреться. Все-таки не май месяц, не тепло. Он начал отходить от реки, где было холоднее всего. Ступая тихими шагами по снегу, он слышит, как предательски тот хрустит. Хотя чего ему бояться? Конечно нечего. Он сильный, значит отпор то дать точно сможет.

Свернутый текст

прости, чуть позже разыграюсь, как никак начало игры после долго перерыва

4

Снег подтаял капелью, замерз корочкой на дороге. Копыта царапали ледок, ледок трескался, ледок ломался. Под мутной пленкой просматривалась галька, мелкая как перепелиные яйца. Вода падала быстро, целыми тоннами, было страшно. В маленькой заводи у водопада вода подмерзла, покрылась фольголь из застывшей воды. Разбить его можно было двумя-тремя ударами копытом, но мочить только-только высохшую шерсть не хотелось. Каулквейп вздохнул и пошевелил носом снег. В ноздри забился пребрежный песок, пришлось по быстрому вымывать его из ноздрей. Носоглотка горела, жеребец закашлялся.
Раздался хруст. Кто-то сильный ломал хребты у снежинок, кто-то сильный шел. Скосив взор серый заметил мощного жеребца, тот неторопливо пил воду из самодельной лунки. Каулквейп на его фоне проигрывал, как тонкая березка на фоне столетнего дуба. По спине пробежалась толпа мурашей, пузо закололи иголки.  В животе счастливо колыхался завтрак, но казалось там бегал лось Валера. Енотиками там и не пахло. 
У воды лежала мертвая птица. У нее была разворочена  шея, сиротливой кромкой алела сломанная трахея. Широкие крылья были раскинуты на ледке, а клюв был чуть приоткрыт. Каулквейп опустил голову и заглянул в глаза вороне. Глаза у вороны были покрыты тонким слоем инея, это была мумия тутахмошки. Воздух сразу потяжелел, словно в американских фильмах, во время похорон, скорбно застучала вода по листьям. Жеребец вздрогнул и как можно дальше отошел от дохлой птицы. Ветер и время смыли с нее запахи, она ничем не пахла.
Новоприбывший оказался в паре метров от Каулквейпа. Серый посетовал на лосяша но неторопливо, словно по наледи приблизился к незнакомцу чуть ближе.  Когда оставалась чуть меньше полуметра, серый замер с интересом поглядывая на жеребца. Мощный, рослый, выше Каулка см на десять-двадцать.
- Ма серанас, день добрый, - протараторил серый нервно переминаясь с ноги на ногу и поглядывая на незнакомца исподлобья с затаенным и интересом. Глупо, смято. Троянская кобыла оскалилась из-за дерева, Каулквейп передернулся. Ободранная челка упала за уши, взгляд прошелся куда-то мимо ушей незнакомого жеребца.

Свернутый текст

прошу прощения за маленький пост, нужно бежать, скоро вернусь.

5

Гнедой снова начинает искать под снегом хоть какую-нибудь траву. Хочется есть,  ужасно хочется. Он закрывает глаза и раскапывает носом небольшой сугроб снежка, под которой явно учуял что-то съедобное. Даичи зарывается снова в снег и достает не менее зеленую траву. Быстро ее сжевав, жеребец обращает свое внимание полностью на этого серого жеребца. Он тихо фырчит и оглядывает его взглядом, а потом смеет открыть рот, и говорит:
- Хм, день добрым никогда не бывает. С Днем.
Смелый мальчик, хотя просто еще не знает, с кем связался. Молодым жеребцам сложно ужиться в его компании, а старых он просто дурит. Даичи обходит его, осматривая пристальным взглядом, чувствуя, как тот заметно нервничает. Он видит, как поддергивают мышцы серого при этом дневном свете.
Довольно не плох самой. Рослый, но все равно его ниже. Крупный, но не крупнее старичка. Глаза доверчивые. На что он рассчитывает? Думает заведет друга? Хотя… все в полнее возможно, если только постараться. Но это будет весьма проблематично просто изменить Даичи. Его характер формировался очень долго, и пятиминутного разговора не будет достаточно.
Гнедой снова отходит на то место где и стоял и снова опускает голову. Если захочет, пусть сам и начинает разговор. Этой тушке просто лень открывать свой ротик для почти ненужных разговором. Жеребец снова закрывает глаза и глубоко дышит, снова разрывая носом эту «священную» траву.
Его хвост спокойно дергается на ветру. Сам же гнедой немного ежиться, дергая мышцами, чтобы согреться. Помогает, но не всегда. «Как мне жалко тех остальных, кому повидалось встретиться со мной. Хотя… нет не жалко, ничуть. Они не достойны жалости. Думая, что обманывают сами, никогда не могут быть обманутыми? Глупости. Ничтожества, которые просто не заслуживают пощады с моей стороны. Зная их в лицо, я уж более никогда не ошибусь», - думает Даичи и открывает глаза, снова устремляя взгляд своих темных глаз на другого жеребца.

6

У незнакомца были глубокие, темные глаза, притягивавшие к себе взгляд словно гроза на черном небе. Ответ данным Каулквейпу был краток и далеко не позитивен. Хотя яркого пессемизма и плохому отношению к миру сего, не наблюдалось вовсе. Серый вздохнул и пошевелил снег носом. В ноздри забились снежинки, хотелось чихать, но божественное действие никак не хотело снезойти на жеребца. Немного пофырчав, Сенатор отвернулся и с интересом начал рассматривать неровную гладь воды. Чуть солоноватый запах водопада и гнилой птичий, совсем перебивали запахи идущие от жеребца. Каулквейп вдохнул еще раз, пытаясь перечитать данную страничку заново. Опять ничего. От незнакомца не пахло ни одним из табунов или шайкой.
- Вы местный? - задал гениальный вопрос серый, пытаясь расслабится. Вгляд чуть вбок, так что бы было видно отражение гнедого на темной глади воды. Смешно. Темные глаза на темной воде, дикие омута и не скажешь какой из них глубже и таинственней. Каулквейп чуть изогнул голову вопросительным знаком, заглядывая в очи незнакомцу. Теперь он мог спокойно сказать что они глубже воды, на этом водопаде. - Я нет. Я из других земель пришел.
Заметил видимо для того что бы проявить к себе доверие, хотя  гнедой был сам у себя на уме, а во взгляде промелькнула злоба. Каулквейп неожиданно расслабился, стегнул себя хвостом по крупу и развернулся в пол-оборота, так что бы гнедой видел его экстерьер. От воды шел холод, шерсть замерзала и заидневела. На гриве появились выбеленные снегом пряди.
- Вы не в курсе местной политики? - невзначай заметил серый, дабы начать хоть какую-то беседу и разговорить незнакомца. Выходило плохо, хоть Каулквейп и отбросил все страхи и сомнения, по пустым поводам и переживаниям. Ноги есть, зубы есть. Не убежишь так бою дашь, хотя это маловероятно. Жеребец не походил на больного маньяка-самоучку, который бросается на всех и вся бездумно, чувствуя жажду убийства. Хотя Каулквейп никогда не умел разбиратся в лошадях, плохо давалась их мимика, слова и обычаи. Серый выдохнул и покосился лукавым взглядом на гнедого. - Так как?

7

Просто пустота в голове. Он не хочет думать ни о чем. Просто проник в себя и обрел какое-то спокойствие. Но из этого спокойствия его снова вырвали. причем наглым образов, снова задавая вопросы. Он громко фыркнул и посмотрел на серого. Даичи в последнее время мало кому доверял. хотя, кому он доверял вообще?! да почти что никому, как и ему самому. было даже немного обидно, но он уже давно плевал на всю любовь и снисхождение со стороны. "хотел сохранять душевное спокойствие в себе, а ты меня отвлек" - подумал гнедой и переступил с ноги на ногу.
- Я и сам не местный, - проговорил гнедой и добавил, - и никак не могу быть в курсе политике всех шаек и табунов, которых я даже здесь поблизости не видел.
Он слегка усмехнулся и дернул хвостом, вновь переступив с ноги на ногу. Он устал, хочет отдохнуть и расслабиться, душевно и физически. Жеребец подгибает ноги и ложиться на этот белый и пушистый снег. Он закрывает глаза и тяжело дышит. Его хвост так красиво лег на снегу. Получился такой черный веер. Красиво смотрелся. Он зарылся малость носом в снегу и громко фыркнул от этого. щекотно же.
- Тебя каким ветром сюда занесло?
Переборол себя Даичи и все-таки смог задать тому вопрос. Ну что ж, можно и поддержать малость разговор, а то одному здесь было так скучно. Он уж думал что умер и попал в то место, где не с кем поговорить, не над кем поиздеваться. А ведь без этого его жизнь просто не имеет значение.

Свернутый текст

прости прости, долго и упорно пытался что-нибудь написать. толком то и ничего и не вышло. болею

8

Свернутый текст

т.к. персонаж переделан, придеться играть чуть по новому :З

Слова жеребца, аки мотыльки, пробились сквозь вату в ушах Зимина. Это не бобер, по губам не прочитаешь. Серый задумчиво прижал уши к голове, пытаясь расслабиться. Неприятное покалывание ушло из района шеи, правда было трудно вдыхать соленый воздух, пропитанный запахом водорослей и гниющей травы. Неместный Гнедой прилег на землю, распушив хвост. Не фигурально, буквально. Зимин потоптался на берегу, собирая на ноги колкий снег. Земля уже прорывалась сквозь покрывало, торчали зеленые палки травы.
- Северным. - чуть подумав заметил Зимин, собственный голос прозвучал в ушах громом, неприятно царапнуло перепонки. В темных глазах гнедого  играла скука,  ему явно не в радость было общество серого. Жеребчик переступил с ноги на ногу, перекатывая центр тяжести с одной ноги на другую.
Глаза незнакомца ему не нравились, темные, как два омута. Два карих ока Зимина, в ледке блестели словно прозрачные, казалось вот-вот через них проглянет мозг, маленький, скукоженный и розовый.
Харе на мозжичок капать, вот.
Динозавры потому и сдохли, что им на мозжичок капали. Шум воды глушил все звуки, казалось Зимин не слышит даже своих мыслей, беспорядочно крутившихся в маленькой головке. Горькая трава оставила на языке гаденький вкус, серый быстро заглотил комок снега, пытаясь заглушить неприятную резь. Резко и громко проорала выпь, невесть откуда прилетевшая из дальних краев. Не место птицам здесь, они на югах должны жить, кокосы жрать и с чайками гулять. А-а-африка.
Мысли беспорядочным комком роились в голове, словно стая диких пчел. Гадкие твари, в ульях живут, стайные, коварные, мед носят. На досуге, Зимин видел как  годовалый медведько пытался полакомиться вкусным медком. Хах, ему явно не повезло, левый глаз заплыл бельмом, серому было безумно жаль мелкого, глупого, неопытного. Но селяви, жизнь такова, жестока и несправедлива.

9

- С юмором парень, уважаю таких.
Он слегка дернул ухом и посмотрел в сторону, а потом снова на серого, который немного привлек его внимание. Да да, привлек, пока что достижение до того. Гнедой поднял голове и снова осмотрел его. Подул сильный ветер. Даичи зажмурился и слегка отвернулся, пряча свою голову от этого ветра. у него своего рода аллергия на это. Не любил он этот снег, эту вообще зиму, этот холодный ветер... брр... Он из теплых краев - горячий парень.
Даичи снова поднялся на ноги и отряхнулся. Снежинки начали лететь вниз, как будто бы тяжело опускаясь на землю. Он наблюдал краем глаза за этим и его это даже немного смешило. Он сделал один шаг к серому и тяжело выдохнул. Иногда ему нравилось наблюдать за другим: как пар постепенно поднимается наверх, как будто улетает на крылышках... (любви? хД) жеребец переступил с ноги на ногу и гордо немного поднял голову, смотря на того немного с каким то упреком, что ли.
- Ну так что, скажешь с каких краем?
Грива жеребца перелегла на одну сторону, от этого он казался каким то прилизанным и Даичи тут же потряс головой, чтобы она распалась на две части. так было намного красивее что ли, более прилично для его вида. Она вновь дернул хвостом и слегка ударил им свои бока.
"Ненавижу зиму: холодно, скользко, мерзко, а еще когда наступает весна. Брр, ненавижу это время года. Оно меня раздражает... Жутко раздражает" -мысли вертятся в голове, даже тогда, когда не хочешь думать ни о чем. Даичи вздохнул и снова устремил свой взгляд на серого.
- Или так же молчать будем?

10

Зимин услышал, почти услышал. Гнедой поднялся, водопад гривы разметался по шее. Черное золото, нефть. За такое горло кобылы поперегрызли друг другу. Бабам делать нечего, кроме того как жеребчиков делить. На части и по канавам развозить, в кач-ве расчлененки. Доктор Ватсон был недоволен, у пациэнта не бился пульс. - С запада. Там степи, знаешь?
Слышал неизвестный или нет, Зима был опять оглушен собственными словами. Под громовыми звуками был заглушен водопад. Водяной, ничтожный. Посейдон слаб, посейдон вообще пискля по сравнению с громом звучащим в нежных ушах серого.  Все к энэцэ пойдет, жизнь всех поимеет. Резкий свист, гнедой бил себя по бокам. Как бык, матадора своего пугал, уууу. Страшно. Дэдпул, помяни мя.
-Я тебя слышу плохо, - Зимин качнул ухом, почти игриво и кокетливо как мадам. оставалось лишь попудрить носик и сделать взмах ресницами. Ресницы у серого были короткие, обоженнные солнцем и махать ими как бабочка крыльями, было не эстетично. Не поймут, когда жеребец другому глаза-глазюки строит. аморально. Душевную педерастию в себе развивать не надо, это прелести тонконогих,  а мы дети степные, нам этого не нужно.
Гнедой выглядел словно устало, скучающе. Как уставший, большой лев. Затаился на пару секунд для выброса кольца, аки питон.  В охоте на Ти-Рекса проще, в голову не бьют, пуля срекошетит, лишь зря заряд потратишь. Перезарядка-лишние секунды. Бить надо в ноги. В колено. Со львом труднее. Льву надо бить в голову. Только так. Сафарска охота.
Здесь наверное медведи водятся. Надо потом спросить у Гнедого, попозже, если будет настроение у обоих. Без настроения, на одних нервах как на анаболиках подходить не надо. Расстояние между жеребцами было критическим, Зимин ждал когда наконец замигает красная лампочка и замрет. Время. На всякий случай подвинулся в сторону, подавил восхищенный вздох. Водопад гривы незнакомца, не мог сравниться с жалкой щеткой Зимина. Серый настороженно смотрел на морду Гнедого, боясь пропустить информацию. В уши наложили ваты, звуки смазывались. Эпилепсики.

11

Свернутый текст

Зимин, я сейчас буду часто пропадать. может тогда продолжишь играть с кем-нибудь другим? чтобы мне тебя не задерживать. не пойми только не правильно с:

12

<----- Березовое пролесье
Рим и Фирел на меня , почти не обращали внимание, а я никак не могла избавиться от беспокойства за Принца. Я стояла и переступала с ноги, на ногу раздумывая, как отвлечься.  Я перевела взгляд на Принца, и мне очень хотелось пойти к нему, но тяжелым усилием я отвернулась и пошла, куда-то. Я решила прогуляться и вернуться. Мне надо проветрится и может быть станет немного легче… Я старалась о чем-то, только не  думать о плохом.  Я себе внушала, что с Принцем и Милк все будет хорошо. Я все удалялась от табуна, но скоро вернусь. Надо же проветриться. Я шла не спеша, а надо мной бесшумно парил Филипп, но мне было не до него. Стали кровоточить старые раны, так как я осталась одна сама с собой, никого вокруг не было.  Всегда так происходило, когда я оставалась наедине с собой.  Я шла не обращая внимание, где я нахожусь и куда я направляюсь. Под ногами была грязь, иногда попадался снег, который еще не растаял.  Филипп меня не отвлекал, так как знал сейчас меня лучше не трогать.  Я передвигала ноги автоматически и скоро услышала шум воды. Через несколько минут я увидела гору и водопад. Я подошла к воде и опустила голову к ней.  Я так и стояла и смотрела на свое отражение.  По воде, кое-где плавали льдины. Я зажмурила глаза и так и стояла не обращая внимание, ни на что.  Здесь никого, не было кроме нас и Филиппа. Слышен был только шум воды, иногда шум ветра проникающие через ветки деревьев  и иногда разговоры разных птиц. Деревья еще не покрылись листвой  и ветер беспрепятственно проходил среди деревьев. Ветер трепал мой хвост и гриву, также холодил мое тело, но мне было все равно на это. Такое чувство, что мое тело здесь, а душа в другом месте и очень далеко.  Я была в прошлом и мне никак не вырваться от туда. Я очень хотела, чтобы меня вытащили от туда.

13

ркое солнце, поднявшееся высоко над землёй, осветило одинокие, голые вершины скал пастельными красками, оповещая округу о новом дне, о новой странице жизни. Птицы отряхнули свои перья от капелек росы, собравшихся на кочиках перьев, расправили крылья и отправились расказывать друг другу и всех окружающим последнюю важную сплетню, что скоро придёт весна. Мсл: Только посмотрите на них, они полны жизни и восторга от всего происходящего. Когда-то и мне говорили, что я похожа на маленькую надоедливую птичку – неугомонную и всюду сующей свой нос во взрослые дела. Хах. Это было так давно... Грунт становился всё более каменистым, размокшая земля утруждала и без того нелёгкое передвижение. Скользкая и зыбучая, кобыла то и дело подскальзывалась или теряла равновесия, поставляя свои уставшие ноги под удары об острые камни. Боль, усталость и жажда отвратили её внимание от приятного пейзажа, открывшегося перед ней, когда она вышла на небольшой выступ. Единственное, что её смогло воодушевить, так это шум падающей воды, чей источник находился не так далеко. Неизвестно откуда появились новые силы для рыси и даже «корявого» галопа, а мысли больше напоминали самогипноз, так как кобыла не уставала повторять про себя: вода, вода! Танис в последнюю секунду успела обвиться вокруг её задней ноги, так как у замёрзшей змеи не было сил догонять обезумевшую от счастья лошадь. Быстрый аллюр и появившейся огонь  в глазах рыжей, нагнали на кобру воспоминания о первых днях их совместного похода. Тогда Адель была красива и полна жизнь, шкура и глаза блестели ярким огнём, а душа была полна мечтаний. Кобыла рассказывала ей, когда они бежали по ночной пустыне, ей хочется нестись по полям и вдоль морей, бежать навстречу неизвестности и радоваться каждому восходу. Лететь сквозь завесу мечтании и лжи, и ощутить какого это жить и любить жить. Мечтала научиться летать, чтобы добраться до небес, до звёзд и луны и резвиться под лунным светом. Мечтала, чтобы улыбка и пожелания доброго пути случайному прохожему, когда она только пришла из царства скорби, зла ,ненависти и одиночества, не были встречены проклятиями и грубостью. А сейчас... Сейчас она всё чаще думает о прошлом и том, что судьба уже давно не интересуется тобой, хотя это не так. Она просто проверяет её насколько крепок её дух и сможет ли она при этих обстоятельствах сохранить чистоту и честность души. С чем она пока ,вроде бы, справлялась.
Рыжая кобыла, больше похожая на призрака в шкуре лошади, спотыкаясь сбежала с крутого склона к воде. Танис сползшая с её ноги нашла небольшой камень, освещаемый солнцем, и расположилась на нём наслаждаясь теплом светила. Адель, тем временем, уталяла свою трёхдневную жажду, наслаждаясь каждым глотком этой ледяной, горной воды. Кристальная вода помутнела и порозовела вокруг неё от грязи и запекшейся крови на ногах. Копыта приятно щекотало, когда вода полностью омыла их и избавила от зуда, давно мучавшую лошадь. Как только жажда была утолена, она зашла поглубже, что омыть свою шкуру и слегка освежиться, после чего расположилась на солнышке на клочке травы у берега. Тогда-то она и заметила что-то странное и белое на той стороне озера, чем-то напоминавшее белый призрак лошади. Любопытство взяло вверх, и уже через несколько минут она смогла узнать в «призраке» серую кобылу с очень печальным взглядом, такой взгляд ещё иногда бывает у самоубийц. Усталость усили воздействия чувств на её поведение и потому, не успев толком поразмыслить, а стоит ли вообще придавать этому всему значение, заговорила с незнакомкой:
- Простите, вы в порядке? Вам нужна помощь?

14

«Уже темнело, но я на это мало обращала внимание. Мои ноги несли меня все дальше. Я слышу, как меня мама зовет, но я не могла остановиться. Да и ноги у меня маленькие и неуклюжие. Я всегда злилась из-за этого. Было слышно, как птицы переговариваются, где-то  пробегает заяц и другие животные, но меня это мало интересовало. Мне было интересно, что будет дальше.  Я перебирала своими неуклюжими ногами, и иногда спотыкалась ими об попадающихся корни деревьев. Недавно в свои права вступила осень, и от этого было много дождей, очень грязно и прохладно. Мои ноги были уже все грязные, но иногда я на своем пути встречала ручей и пробежав по нему немного и они становились чище. Внезапно передо мной появилась мама и я резко остановилась, что даже уселась вруче. Потом отойдя от шока, я фыркнув и стала с негодованием говорить маме:
Ну, маааам…. Зачем так пугать, то?!
Мама посмотрела на меня строго и сурово, но через некоторое время все таки взгляд смягчился:
Сколько я тебе говорила не убегать? Я же волнуюсь и могло произойти все, что угодно! Больше так не делай! Ладно? 
Я опустила виновато голову и ответила:
Хорошо, мама. Прости….
Мама потрепыхала мою гривку, но тут мы услышали, какой то шорох. Мама насторожилась и стала всматриваться в кусты и деревья. Что-то было не так и даже я это чувствовала…
»
Не знаю сколько я так простояла в воспоминаниях, но меня выдернул голос. Я отряхнулась и осмотрелась и увидела рыжею кобылу на противоположной стороне озера. Черт, спалилась…. Я почувствовала, как Филипп сел мне на спину и не стала оборачиваться, зная, что он вытягивает шею, чтобы рассмотреть новь прибывших. Я фыркнула, чтобы он понял, чего он делает и прекратил этого. Я избавилась от оставшихся воспоминаний, потом добрыми мягким голосом ответила ей:
- Здравствуйте. Да все в порядке, просто я немного задумалась. Не нужна помощь спасибо. – я улыбнулась ей и спросила. – Как вас зовут? Если, конечно это не секрет.
Я стала осматриваться, как перейти на другой берег и увидела брод. Я пошла по  нему. Вода холодила мои ноги, но я на это мало обращала внимание.  Дойдя  до другого берега остановилась.  Я посмотрела н на мою собеседницу и улыбнулась и увидела рядом с нею кобру. А ну теперь понятно, почему Филипп встрепенулся…Ну Филипп, если ты чего-нибудь натворишь я тебе устрою взбучку! Обещаю.

15

Её шкура чистая и белая как свежевыпавший снег, ещё не запятнанный ещё ни грязью греха, ни кровью порока. Казалось, таких как она уже не осталось на этой земле. Все стали стремиться к мелким идеалам и лишь удовлетворению собственных желаний, часто не задумываясь о правильности и этичности своих поступков. Наверное, такие создания как она ещё не разучились по настоящему любить своих родителей, мужа и детей и быть преданной своей родине и своему сердцу. Но, как и любое предположение, всё может быть в секунды опровергнуто и никогда нельзя полностью доверять кому-то или чему-то, ведь даже путеводная звезда может привесьти на дно грязного, вонючего болота.
Адель внимательно посмотрела на незнакомку, тёмная и печальная пелена спала с её глаз, и в них вновь загорелся ярких огонь жизни.  Она будто вышла из состояния гипноза или медитации, наверное, размышляла о чём-то важном, давно терзающим её душу. Но что есть дело простым смертным до проблем своих собратьев, когда сами не знаем как справиться со своими грехами и совестью. Мы избираем путь нейтралитета и эгоизма, обращаясь к благодетели и милосердию лишь, когда об этом просят или молят... и то не все и не всегда. Последние годы ясно показали рыжей кобыле истинную сторону жизни. Нельзя не согласиться, что до сих пор ещё сохранились друзья и братья по духу, но наши души отчего-то сильнее впечатляются тем, что ей противно, и удивляются оставшейся в этом мире добродетели. Поэтому Адель приятно улыбнулась кобыле, когда та приветливо и даже радостно ответила на её вопрос, хотя может она и это себе напридумала.
- Моё имя Адель, но от него Вам мало пользы.
Улыбка с грустью слетела с её губ, а взгляд был устремлён в темноту у подножья водопада, скрывающейся за занавесом падающей воды. В её голове перемешались разные мысли и чувства, связанные со многими вещами, но не имевшие большой значимости в данный момент. Кобылу больше заинтересовал шум крыльев, где-то поблизости, и она повернулась в сторону источника звука, обнаружив прекрасного друга своей собеседницы, который довольно злобно посматривал в её сторону и куда-то позади неё. Скорее всего он встрепенулся из-за Танис, но беспокоиться было не о чем: её подруга прекрасно может сама за себя постоять. Рыжая лишь слегка улыбнулась и сделала комплимент могучей птице.
- У Вас очень внушительный друг.

16

Я все-таки, иногда поглядывала искоса за филином, а то вдруг мог, чего-нибудь натворить, а мне распутывать. Эх… Почему я стала настороженной к Филиппу?... Надо успокоиться… Я заставила себя перестать волноваться, что филин, чего-то мог вытворить. Ну не мог он этого сделать, так как я знала его уже давно и потому, что он мой лучший друг. Я переставила в воде свои озябшие ноги, но не захотела оттуда выходить. Мне нравилось, как их холодит, но скоро придется выйти, чтобы не заболеть не на роком. В моей голове снова появились мысли о Принце. Как он там? С ним все в порядке?... Может быть он никуда не пошел… Я быстро отогнала их в сторону, так как передо мной стояла моя собеседница. Она мне нравилась и мне, очень хотелось с нею подружиться, ну да я всегда со всеми пытаюсь подружиться, но это же я.  Я услышала, как она преставилась и печально улыбнулась. Я посмотрела немного с удивлением и с беспокойством. Почему мало пользы?.... Я немного наклонилась почти до воды в знак уважение и выпрямилась.
- Очень приятно познакомиться. Меня зовут Орхидея.
Я посмотрела на Филиппа, так как он слишком пережал своими лапами, и мне становилось уже неприятно. Он, увидев мой взгляд, расслабил свою хватку и я увидела, что он уже спокойно и с любопытством рассматривал наших собеседником. Я знала, что скоро его язык за говорит, но я услышала слова Адель и не успев сказать, как филин прошел по моей спине  и перелетев поближе к Адель в стал и выставив одно крыло перед собой, а другое убрал за спину поклонился, как истинный джентльмен и сказал добрым голосом:
Здравствуйте, миледи и ее спутница. Мне очень приятно это слышать. Спасибо, я очень признателен. Меня зовут Филипп.  Вы прекрасны дамы. Извиняюсь, если я вас чем-нибудь расстроил.
Я стояла в ступоре и не знала, что мне делать. Я потом вздохнула и не мной покачала в разные стороны головой, ну что здесь можно еще сказать. Филипп он такой джентльмен и не может пропустить момента, чтобы с кем-нибудь не поговорить и не сделать комплимент. Филипп, Филипп… Я еще раз вздохнула и стала смотреть на реакцию Адель и ее спутницы. Про себя стала гадать, кому из нас попадет мне или Филиппу.

17

Рыжее тело содрогнулось каждым, даже самым незначительным и мелким мускулом, когда случайный сквозной ветер лишь слегка прикоснулся своим ледяным дыханием до кожи кобылы. Прошлое наслаждение от купания в холодных водах горных истоков обернулось сущей пыткой. Мышцы сводишие в судорогах, отчаянно пытались выработать тепло, им со временем это удастся, но подобное ожидание утомительно. Но единственное, чем кобыла могла себе помочь, так это сделать несколько шагов  навстречу солнечным лучам, уже начавшим излучать тепло в это время года. Мсл: Солнце, тепло, пение птиц и запах первых цветов, сладкий вкус молодой зелени... Как же я соскучилась по весне. Весна – прекрасная пора, когда зарождается новая жизнь, когда многие забывают о всех трудностях и обидах и лишь наслаждаются и радуются каждому дню. А воздух будто становиться наэлектризованным, и каждый ощущает в нём присутствие чего-то нежного, доброго и вечного, опасного, томительного и искусительного. Сладкий мёд, что пьянит тысячи голову, желанный быть испитым каждым хоть раз в жизни. Почему бы кому-то не желать прихода весны? Хотя бы ради завершения голода и смерти невинных.
Адель отвлеклась от своих мечтаний, когда молодая кобыла вновь заговорила с ней, выражая в своих словах удовольствие от встречи с ней. Адель лишь понадеялся в искренность её высказывания, стараясь отогнать мысли о холодной вежливости, и учтиво поклонила голову в знак зарождения нового знакомства. Рыжая не проронила ни слова и уже было стала задумываться о поисках еды и укрытия на ночь, как филин, верный спутник Орхидеи, выразил свою признательность и радость встречи с лошадью и судя по всему Танис. При упоминании о кобре, Адель обернулась на груду камнем, где в последний раз она видела кобру. Та всё ещё нежилась на солнышке и востонавливала силы, мало интересуясь и заботясь о происходящем вокруг.
Рыжая дружелюбно улыбнулась филину на его комплимент и ответила на него лишь коротким «Спасибо.» и поспешила извиниться за то, что её спутница принимает никакого участия в их беседе:
- Прошу простить, мою подругу. Последнее путешествие сильно утомило её, и ей больше всего нужен покой.
Её слабая из-за усталости улыбка приятно освежил её облик, но глаза по-прежнему оставались серьёзным. Они слегка оценивающе, с лёгким оттенком недоверия, смотрели на могучую птицу. Просто рыжая привыкла, что подобные манеры и поведения часто является лестью или же просто игрой в галантнность. Трудно найти искренность в том, где тебя явно перехваливают. Но не будем больше об этом, кобыла согласилась на том, что ей не надо с ним «свадьбу сыграть», а потому особо заморачиваться по этому поводу не стоит. Её взгляд вновь был привлечён к белому «цветку» Орхидеи, но, поняв, что предыдущий разговор исчерпан, слегка растерялась, хоть и скрыла это. Она просто разучилась поддерживать беседу с малознакомыми.

18

Я вздохнула и вышла на берег, так как мне нельзя болеть, так как у меня ценный груз и понимала, если не выйду то мои ноги превратятся в куски льда. Я вышла медленно на берег и с моих стала стекать вода. я вздохнула и отряхнула их поочередно. Потом услышала слова Филиппа:
Ничего все в порядке. пусть отдыхает.
Я вздохнула и увидела смущение кобылы. Я Подошла и сказала Адель мягким и слегка веселым голосом:
прости , его если он тебя чем-то обидел или смутил. Он джентльмен до кончиков крыльев  всегда ведет себя так с дамами и он вам ни причинит никакого вреда. Он добряк.
Я улыбнулась и подмигнула Адели. Тут бросилось в глаза, на то что  я не обращала внимание до сих порю Я себя отругала и побила хвостом по бокам, потом с виноватым и  с беспокойством:
Ох, какая же я не осмотрительная Ты меня прости, пожалуйста! Ты и твоя подруга устали, а мы тебя отвлекаем и не даем отдохнуть!Я должна была это заметить сразу...
Я виновато опустила голову и уже тихо, сказала:
Прости меня.... Если сможешь...
Я смотрела на землю и ругала и отчитывала себя за не осмотрительность. Филипп тоже виновтао наклонил голову и сказал:
Простите и меня миледи. Мы не хотели вас отвлекать от отдыха и мешать. Если вы скажите мы сразу от вас уйдем и не будем мешать.
Он взлетел и приземлился ко мне на спину аккуратно. Мои мысли метались в одном только направлении. Ох, я так хочу с ней подружиться.. Но теперь он наверное со мной не захочет общаться и возможно сейчас нас прогонят..Я вздохнула грустно и посмотрела на обратную дорогу к табуну. Возвращаться к табуну, еще не хочется.. На верное Принц уже ушел, а его так хочется увидеть .. Поэтому я буду выглядеть нервной и капризной... Нет, еще рано если что пройдусь дальше. Но потом я слегка улыбнулась. Но возможно меня в табуне поймут, так как наверное все уже догадываются, какую золотую ношу я и Принц ждем... Ох, Принц я тебя не давно видела, но уже не могу и минуты без тебя пережить. Как же ты там,любимый?... Я прервала свои мысли, так как сейчас не время и стала ждать, когда меня Адель прогонит. А самой никак не уйти, так как ноги не слушались. Мне очень нравилась это рыжая кобыла и мне очень сильно отела подружиться с нею.

19

Мсл: Кажется я что-то пропустила?
Адель с лёгким, но плохо скрываемым удивлением смотрела на кобылу, которая была очень взволнована тем, что её поведение или поведение её компаньона чем-то сильно обидели их новых знакомых, и рьяно извинялась на неподовающее поведение. Такая сцена не могла не вызвать улыбки на морде Адель и она с умилением наблюдала за ней и спокойно дожидалась момента, когда она может её успокоить и уверить, что всё в порядке. А пока было время на то, чтобы подумать... о многом и в какой-то степени ни о чём. Орхидея и врпавду была словно ангел, принимающий все грехи земных обитателей на себя и извиняется перед ними за то, что плохо охранял темноту в нашей душе. Мсл: А всплеск гормонов кажется лишь увеличил её чувствительность к действиям и словам окружающих. Надеюсь, что под сердцем она носит плод величайшего дара, данным Богом с небес для распространение их семян. А как же иначе, такую ангельскую душу невозможно не любить, даже у меня давно заброшенной и покинутой появилось желание защитить её от всего зла, которым переполнен окружающий мир. Но где же твой верный защитник? Почему ты забрела так далеко одна, ведь тебе нужно солнце, тень, сочная трава и плоды? 
Задумавшись об этом, она пристально смотрела на неё, всматриваясь в глубину её невинных глаз и будто пыталась спросить всё это у неё. Но потом, будто очнувшись, поняла, что своим поведением могла смутить её и тихо, скромно произнесла : «Прости.» Внимание Адель вновь привлёк филинн, красочное описание лучших его качеств впечталили кобылу, и она приятно улыбнулась ему, извиняясь за своего невежливое поведение. Но всё равно, хоть это и от чистого сердца, такая галантность всё ещё отталкивала Адель. Причина она всё ещё не могла вспомнить, может она сумеет это, со временем.
- Нет, причины извиняться. Кому и просить прощения, так это мне. Прошу извинить меня, благородный Филипп, но, пока неизвестно причины, галантность и хороший тон отталкивают меня и делают излишне подозрительный. Но думаю, что ваше общество поможет мне измениться в лучшую сторону. Орхидея, перестать, опжалуйста извиняться, твоей вины тут нет. Моя подруга просто так сложена, что ей тяжело контролировать температуру ,а я её долго тоскала по голодным, холодным и влажным местам. Ей лишь надо немного нежности и тепла солнца. Кому и нужен отдых, так это тебе, и я не понимаю отчего ты одна в таком заброшенной месте как это. Ты уверена, что ничего не случилось?
Адель наверное гордилась собой, инстинктивно она вспомнила добродетель дружбы и любви к ближнему. К тому же, положение серой напомнило ей о матери. Эти воспоминания уже не отзывались острой болью в сердце, как раньше. Они заставляли улыбнуться и заплакать одновременно от счастья и боли. И, похоже, усталость и пошатнувшийся дух позволили слёзам пробить толстую маску уверенности и хладнокровия, и глаза слегка заблестели. Адель тут же в смущении отвернулась, стыдясь подобной слабости. Наступила неловкая пауза, которую очень удачно прервал её желудок, настойчиво требуя еды. Рыжая рассмеялась и спросила:
- Может ты знаешь место потеплее, чем это, и с травой посочнее?

20

Я встряхнулась от порыва ветра и посмотрела на небо. Погода менялась, но очень хотелось, чтобы на теплую, а не на дождливую. Я вздохнула и посмотрела на Адель? Но потом посмотрела на тот берег и откуда я пришла. Пора бы возвращаться обратно к табуну, а то уйдут, а я далеко… Потом ищи их… Нет, я не должна потерять их!… Но я еще не готова к ним вернуться.. Мне еще надо побыть вдали от них… А то еще призраки прошлого меня не покинули… Я вздохнула и услышала, что мне и филину говорила Адель. Я на нее смотрела  с удивлением и не знала, что ответить. Потом отряхнулась и улыбнувшись ответила:
- Да, все у меня хорошо. Ничего не случилось. Я просто решила прогуляться, но скоро будет пора возвращаться в табун. Спасибо.
Я улыбнулась и снова покосилась на небо. Да и в правду… Скоро возвращаться в табун… а то возможно Принц вернулся и за меня беспокоится…. Ох, получу похоже я от него на гоняй…Я фыркнула и посмотрела на филина, а потом снова на Адель.
- Не обращай внимания на этого пернатого, а то бывает слишком назойливым и любопытным. А ты смотри, пугаешь наших друзей! Как тебе не стыдно.
Филин вздохнул и понурил голову от своей вины, потом отвернулся, чтобы лишнего ничего не сболтнул. Я просто стояла и наслаждалась, как  ветер трепал мою гриву и хвост.  Я задумалась над вопросом Адель, потом вздохнула грустно и  виноватым голосом, ответила:
- Прости, не знаю. Может быть, ты присоединишься к табуну? – я ей улыбнулась, но потом вс-таки взволновано посмотрела на небо и решила, что надо бы возвращаться к табуну, но сначала еще пойду, прогуляюсь.  – Ох, прости мне пора обратно, но еще надо по делам пройтись. Мне было очень с вами приятно познакомиться, и я надеюсь, что мы еще встретимся. Прости, пожалуйста, что так ухожу… Я буду рада, если ты присоединишься к табуну… До встречи.
Я виновато улыбнулась и дождавшись ответа. Медленно развернулась и пошла куда-то. Филин попрощавшись с Адель и полетел за мной.
----> Тропа в равнины
ОФФ: Прости пожалуйста, что вот так получилось, что приходится уводить перса в другое место( И за ужасный пост(