Royal Horse Family. ВЕДУТСЯ ТЕХ. РАБОТЫ ПО ВОССТАНОВЛЕНИЮ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Река жизни

Сообщений 1 страница 20 из 21

1

http://s017.radikal.ru/i412/1112/d0/281210bfd2f0.png
Это основная и самая большая, полноводная и чистая река нашего острова. Она спасает всех жителей от жажды, когда на острове бывают засухи, за что получила свое название.

2

Плетусь, можно сказать, не быстрее черепахи. Погода заставляет много думать, предоставляет выбор: думай, но не смей торопиться или же думай, несись и рискуешь разбить себе череп. Для моих семи лет умирать рано, я предпочёл первый вариант, спасибо.
Хрупкие снежинки, кружась в вальсе, плавно опускаются на моё разгорячённое тело, мгновенно тая и оставляя лишь каплю влаги. Осторожно иду по скользкой тропе, слегка припорошенной свежим снегом. На небе серые тучи, которые даже при самом радужном настрое обрекают на хмурые мысли, которые, в прочем, проходят довольно быстро. Стоит лишь взглянуть на лёгкий танец невесомых звёздочек. Не знаю, как остальным. Быть может, лишь мне станет радостью такой танец, может, только мне на душе хорошеет, когда всё вокруг движется, кружится и танцует. Сразу вспоминаю о своей истории. Лось. Морду тронула лёгкая улыбка. Пусть небо хмурится, а мне всё равно хорошо, что ни говори. Морозная погода сковывает чувства и тело, но всё же не может полностью подчинить себе, горячее сердце сражается с декабрём.
Глубокий выдох - новый столб пара вырывается из ноздрей, греет на секунду, и затем вовсе пропадает, поднимаясь вверх. Я оглядываюсь по сторонам - никого, тишина. Ни души вокруг и только моя безграничная свобода. Хоть кричи, что хочешь делай, не сможет никто помешат. От того на душе и радостно. Взгляд падает на реку, начавшую поддаваться власти зимы. Да, она вступает в свои права, и река даёт мне понять, что наступает сказка. Вода покрыта коркой льда, но всё ещё тонкой и слабой. Она манит.
Медленно подхожу, поднимаю копыто и резким движением освобождаю небольшой участок от неволи, помогаю "дышать". Чуть склонив голову, начинаю вглядываться. Там - отражение пастельных небес, слышу лёгкое журчание и всплескивание. И вновь зима заставляет улыбнуться. Река не застыла.  Совсем наклюняю голову и мои горячие губы касаются ледяной глади, оставляя лёгкую рябь. Делаю глоток за глотком и горло обдаёт прохладой. Приятно.
Знаете, место здесь - что надо! Я и прежде видал такие, и даже красивее, но что-то таинственное и загадочное есть здесь, что не присуще другим местам. Может, судьба приподнесёт мне собеседницу? Или собеседника? Я встречал на своём пути много себе подобных, но никто так и не захотел поговорить. Я уж начинаю думать, что вполне мог забыть, каково это - просто говорить. Вот так попытаюсь слово сказать, а получится ни бе, ни ме.
- Хоть голос подать! - вырывается хриплый возглас, на который волной откликается эхо. Оглядываюсь, а затем снова мой взгляд падает на реку.
Стою и безмятежно всматриваюсь в чарующую воду. Здесь всё так умиротворённо, абсолютно не хочется уходить.

Воот

Да, прости. Пишу с одним закрытым глазом. Спать хочу, но написать же должна. Сойдёт?)

Отредактировано Лось (2011-12-23 22:49:26)

3

--->откуда-то

Мысли, мысли, мысли. Они летали в твоей голове, путались и разрывались на мелкие кусочки, которые ты опять подбирала. Почему же мы думаем? И почему мы можем думать про себя? Люди знают ответ, но лошади, скорее всего, нет, или точно да. Ну вот, опять тогда продолжим думать над той фразой, которую ты сказала ранее. Может уже перейти в игру? Может. Ну тогда давай, ставь плёночку, посмотрим.
Твой зад уже появился тут. Точнее нет, он ещё не у реки, а просто мелькает на горизонте, сообщая, что скоро дойдёт до своей цели. Лис шёл рядом, явно что-то вынюхивая, раз вёл носом по снегу. Я лишь с большой ухмылкой посмотрела на него, и пошагала дальше. В этом месте, хотя бы, снега было немного меньше, чем у озера, на котором ты была. Я прибавила шаг, а после пустилась рысцой по белоснежному покрову земли. Лис тоже рядом запрыгал, но тут же указал мне хвостом остановиться. Я резко затормозила, приподнявшись на дыбы.
-Стой, я учуял мышь, только из-за твоего топота она ушла дальше. Подожди меня, я её поймаю. – произнёс бодро лис и пошёл левее твоей тушки.
Мне тут же хотелось возразить, но этот бурый подлец сразу же ушёл, да причем далеко. Ладно, так уж и быть, подожду его, замерзая в снегу.
Вот лис остановился, повёл ушами, а потом как прыгнет в то место, куда смотрел. Ты вглядывалась и увидела, что Сид поймал мышку, точнее он её сначала швырнул. «Он что, тупой что ль? Сразу же было не съесть, или выпендрёж надо показать? Чем быстрее начнёт, тем мы быстрее с ним двинемся в путь.» - думала вороная, нервно топчась на месте.
Лис уже подбежал к тебе, облизывая свою острую мордочку. Я лишь передразнила его, высунув язык и покачав головой. А Сид весело прыгнул и побежал вперёд. Кобыла сорвалась в галоп, обгоняя своего друга, но не заметила, впрочем, как всегда, какую-то выпуклость и упала, проехавшись.
-Ах ты, вонючая кочка! Я и так ненавижу этот снег, а ты ещё меня и изваляла в нём! И что ты тут вообще делаешь? Твоё дело сдохнуть где-нибудь подальше! – ругалась кобыла, вставая со снега.
Сид как всегда смеялся над твоим разговором с неодушевлённым предметом. Вороная фырчала, выбивая холодный снег из ноздрей. Анафема была крайне не довольна тем, что повалялась в снегу без своего же согласия. Она на всё реагировала нервозно, даже иногда, редко, но психовала. Поэтому лис ей помогал, не начать драку, или вовремя выйти из ссоры, пока та не закончилась дракой. Так что, вот так.
-Заткнись уже, у меня уши вянут. – грубо произнёс лис.
Вороная окрысилась и скозлила над головой лиса, а потом со всей силой толкнула его мордой, что лис аж поднялся и приземлился в нескольких сантиметром от того места, где сидел. Бурый зарычал, ощетинив загривок, но ничего предпринимать не стал. Он знал, зараза, что я его никаким образом не обижу, так что он довольствовался своим положением. Кобыла побежала опять вперёд, краем глаза смотрела на лиса, который с довольной миной бежал за тобой.
«Ну и где же эта река, про которую мне говорили? Не уж то обманули? Хотя не, чо то виднеется впереди, надо только с этой горки спуститься.» - про себя проговаривала вороная.
Анафема сбежала галопом с горы, чуть опять не навернувшись, но удержала равновесие. Лис скатился следом за кобылой. Он-то умный. Значит так, Сид лёг на спину и покатился с горки, тоже мне тут, деловой. Перешла на рысь, а потом на шаг.
Ноздри мои раздувались, хвост опять колотил бока, нервничала я. Как ещё за девять лет моя нервная система вообще не вышла из строя? Вопрос, причём большой вопрос.
А вот и река. Я медленно подошла к короче льда, рядом валялись камни, кое-где была грязь. Река была затянута тонким льдом, как-то странно, ну да ладно.
Кобыла несколько раз копытом постучала по льду, пока тот не раскололся. Анафема наклонила голову к воде, и совсем немного отпила.
-Фу, вода холодная какая. – бросила ты, морща свою морду.
-Ну а ты что хотела? Сейчас что, лето на дворе? Зима. – быстро ответил лис, наклоняясь тоже, чтоб попить.
Кобыла посмотрела по сторонам, будто кто-то следил за ней. А потом, собравшись с мыслями, побежала галопом подальше от этого места.
--->куда-то
офф: я потом к вам подойду, или уже во флеше поиграем)

Отредактировано anathema (2012-02-19 18:44:43)

4

Довольно активным шагом, ты продолжал путь по тёмному лесу бок о бок с Морриган. Её казалось для тебя не существовало, ты ушёл в себя, глубоко в себя. Как бы ты не старался всю жизнь быть весёлым, как бы ты не убеждал себя, что ничего хуже уже не сможет случиться, чем есть, ты сейчас понимал, что случилось. Твой пожалуй единственный друг покинул тебя. Невольно ты вспомнил о своё бывшем доме, о людя, вспомнил песню, которая так часто играла  около денника. Вспомнил песню, которая была так любима твоими хозяева и вспомнил строки, которые так напоминали тебе вашу ситуацию с Алоном.
Один бог, одна вера, одна кровь,
Один день, одна жизнь, одна любовь,
Один вздох, один слог, одна суть
Одинокий самурай продолжает путь..

Невольно губы искривиль, выражая полную рахочарованность в ситуации. Воспоминания давили всё больше и больше на тебя. Ты стал возвращаться к тем унылым мыслям, которы когда-то тебя преследовали, становилось больно. Морриган пыталась преободряюще улыбаться, но это не помогало. Ведь согласитесь, врятли, когда у вас кто-то умер ваше настроение поднимет конфета. Да, Алон для тебя именно умер. Ты знал, прекрасно понимал, что общения теперь частого не будет. Друзья из вас уже прежние не получатся, следовательно ваша дружба умерла.
Резко вскинув головой, ты попытался отогнать все эти угетающие мысли. Попытка безнадёжная, но появилось новое в списке " я пытался".
-Жизнь - ралли, по бездорожью, без карты,
Не остаться бы лежать на асфальте

Как то через чур загруженно вымолвил ты кобыле и закрыл глаза. Резко вздёрнул головой, не сильно, но резко и открыл глаза, как буд-то проснулся или просто очнулся.
-И не планируешься сейчас обосноваться в каком-нибудь из табунов?
Вдруг вернулся ты в разговор. Было дикое желание задать ещё хотя бы пару вопросов на счёт прошлого кобылы, узнать почему она ушла из родных краёв, что её на это сподвигнуло, но ты знал, что это причинит ей боль скорее всего. Ты понимал каково ей хотя бы в малой степени и потому знал, что спрашивать не стоит. Лучше перебороть собственную тягу, собственный интерес и отвлечься на несколько другую тему.
Горы постпенно спускались вниз, сменяясь холмами. Тёмный лес с густрорастущими еревьями стал неожианно редеть, а впереди показался просвет. Несколько десятков метров и преед вам открылся обширный луг с толстоналоженным слоем снега и рекой ещё не до конца оледеневшей. Впереди виднелся довольно крупный силуэт, к которому вы неспешно  направились.
Вдыхая полной грудью зимний воздух, ты проникся полностью этим оледенелым местом. Дурные мысли покинули голову, ты почувствовал какое-то приятное облегчение, улыбнулся, губы вернули своё прежнее положение, вновь застыли в лёгкое еле заметной улыбке, ты взглянул на вороную, стараясь решить, что у неё можно ещё спросить, а на счёт чего лучше всего промолчать, но ответ, как обычно так и не приходил.

5

Ветер совсем утих, возможно, из-за деревьев, что были со всех сторон. Немного потеплело, и можно было вздохнуть свободно, и наедятся, что очередные сильные морозы уже вернуться не скоро. Но, увы, всего лишь год и снова зима, снова война с природой, снова выживать. Где то в душе ты уже чувствовала, что вот она, вот долгожданная весна, она совсем близко и скоро порадует тебя сочной и такой молодой и вкусной травой. Ах, такой чувство, будто, увидим траву, то ты бы целый день набивала ей живот, но это всего лишь так кажется. Кажется, или нет, но явно голов мучил тебя в данные час. Иногда живот издавал бурчание, целый оркестр там бушевал, но, то, что тебя окружало, совсем не хотелось употреблять в пищу.
Кобыла слегка ободрилась, когда лошади вышли на открытую местность, и перед твоими глазами раскинулась красивая река, что еще все же была покрыта льдом. Где то там, далеко, почти у самой реки была незнакомая лошадь, но долго тут она не задержалась и пустилась в галоп куда-то прочь. Ты лишь провела её взглядом.
Жеребец, что все еще был с тобой, произнес какую-то фразу, что Морриган на минуту задумалась, вдумчиво хмыкнула и посмотрела в сероватое небо, где лучи солнца все еще никак не могла выйти из-за облаков. Потом перевела взгляд на ЛСД, он явно тоже уже слегка ободрился и «взял себя в руки».
-И не планируешься сейчас обосноваться в каком-нибудь из табунов? – произнес Эл.
- Нет.. Мне хватило той жизни и на этом жизнь «стадной овечки» закончена навсегда… - с улыбкой сказала кобыла, - я довольна такой жизнью, где ты принадлежишь сам себе и никто тебе не указ, где не нужно стоять на одном месте, где есть свобода.. – как то мечтательно и довольно продолжила свои слова Морриган.
Вздохнув полной грудью, ты посмотрела вперед. Твои мышцы напряглись, хотелось дикой свободы, энергия каким-то огромным количеством подкатила к тебе, и её срочно нужно было выплеснуть. Перед тобой была свободная дорога, поле, на котором не было деревьев – «беги не хочу».
Да а чего сдерживать себя? Я просто рванула вперед. Сразу стала идти в галопе, с каждым толчком ускоряясь все быстрее и быстрее, и вот казалось, что еще чуть-чуть, и я взлечу. Это чувство, когда в лицо бьет потом ветра, под копытами отлетает снег волной, грива и хвост как черный парус у корабля, а ты словно корабль, что несется сквозь волны. Не останавливаясь, откинув полностью все мысли, я мчалась к реке, если бы не она, то наверно я бы пробежала еще сотню километров.
Тут ты резко сбавила ход, потому что лед на реке стал трескаться, и ты стала проваливаться в ледяную воду. Она так сильно обжигала твоя копыта, что казалось – это не вода, а огонь. Но Морриган вбежала лишь на пару метром и поэтому ввода тебе была лишь по колена, но дурацкий лег, что раскололся, успел тебя порезать и кристальная вода и прозрачные льдинки, что были как алмазы, стали в красные разводы.
Кобыла стала выходить из воды, стараясь высоко поднимать ноги, но лед продолжал резать ноги. Это было не страшно, всего лишь небольшие порезы. Кровь стекала на белоснежный ковер и замерзала.
Ты, не обращая внимания на порезы, посмотрела на жеребца, стараясь найти его взглядом, побежал ли он за тобой, или все еще спокойно шел к реке, где ты уже успела побывать.
Глянув на копыта, не льется ли кровь, ты убедилась, то царапины совсем не глубокие и уже успели слегка затянуться или благодаря крови, что примерзла, уже больше она не текла. К тому же на вороной шерсти всей этой «красоты» было пойти не видно, если не приглядываться.
Кобыла развернулась и снова подошла к реке, но не стала в нее заходить, лишь у берега, где был проломлен лед, попила воды, что обжигала горло и охлаждала тебя внутри, а ты просто закипала из-за бешеного бега.

6

В воздухе пахло весной, и деревья уже сбросили свои зимние снежные шубки. Птицы постепенно возвращались с теплых краев и весело щебетали, сидя на ветках. Погода сегодня была довольно теплая, и прогуляться куда-нибудь было одно удовольствие.
Рошель рысью направлялась к реке жизни. Лошадка уже слышала слабый, но ощутимый шум воды, освобождающейся от ледяных оков, чувствовала ее легких свежий запах. Под копытами неприятно хлюпала слякоть, а кое-где даже лужи, и разбрызгивала вокруг свои грязные капли. Рошель очень не любила слякоть, она была ей противна и оставляла следы на ее белой чистой шерстке, поэтому лошадка время от времени морщилась и недовольно дергала ушками.
Чуть впереди летел Мартен и время от времени поглядывал на Рошель.
- Сегодня необычайно тепло, не так ли? - Мартен без труда развернул свою голову почти на 180 градусов. Ему это не составило труда, ведь этой способностью обладают все совы, но каждый раз, когда сычик так делал - Рошель невольно передергивало. "Наверное, это дико неприятное ощущение - повернуть свою голову так сильно назад..." - думала она.
- Ты прав, Мартен, сегодня отличная погода! - отозвалась Рошель, отбросив неприятные мысли. - Мне кажется, что весна в этом году наступила несколько раньше, чем обычно.
- Хм... Возможно. Я не обращал внимания на это.
"Хм" - было любимым выражением Мартена. Даже в первую минуту знакомства он произнес это словечко и внимательная Рошель сразу заприметила эту его особенность.
- Далеко ли до реки? Очень хочется пить...
Мартен одним взмахом крыльев поднялся выше, прищурился, а потом снова опустился ближе к подруге.
- Нет, она за этим холмом, совсем рядом.
- Давай наперегонки? - озорно улыбнулась Рошель и подмигнула другу, а затем в несколько мгновений перестроилась на быстрый бег и обогнала Мартена. Тот не сразу среагировал и поэтому сначала немного отставал от кобылки, но, быстро махая крыльями, он все-таки догнал ее и они мчались уже совсем рядом. Рошель на секунду приподняла голову и увидела над собой сычика, тогда лошадка одним рывком вновь оказалась впереди... Так они наперегонки мчались до самой реки, пока не остановились у самого берега. Победителя в их маленьком соревновании не было, да и выяснять это никому было не нужно. Это была просто игра.
Запыхавшаяся Рошель (она была не приспособлена к быстрому бегу) наступила на кромку льда и он с легкостью проломился, выпуская воду. Лошадка опустила вниз голову и жадно коснулась губами прохладной воды, остужая свой пыл. Рошель чувствовала, как вода перемещается по ее горлу и движется дальше, проделывая путь до желудка. Это было приятное ощущение и она наслаждалась им. Мартен опустился рядом и маленькими птичьими глоточками попробовал воду.
- Нет, все-таки вода мне в этих местах мне не нравится!
- Не будь занудой, Мартин! - поддразнила его Рошель. - Ты ведь не покинешь эти места из-за невкусной воды?
- Конечно, нет, - ухмыльнулся сычик. - Но вода все равно отвратительная!
Рошель закатила глаза и хихикнула. Мартен иногда был слишком серьезным и занудливым, но от этого он не переставал быть ее другом.

7

Мир мечтаний, мир грёз отаковывал тебя со всех сторон, казалось, что вот-вот всё может измениться, что вся жизнь перевернётся с ног на голову, ты будешь счастливы, ты начнёшь новую историю, забудешь про прошлые беды, но где-то то, глубокое подсознание, не убитое ещё долгими годами скитаний говорило тебе о том, что этому не бывать, пустые мечты, глупые мысли чёкнутого жеребца. Вопросительный взгляд тёмных очей был брошен на Морриган, но ты не ждал от неё никакого ответа, просто так, для виду. Ты знал, что уж ей точно не известна твоя судьба, никому не известна. Тяжёлый вздох и ты вновь бредёшь в незиветность. Иссеня чёрная шерсть поблёскивает на первых лучах, встающего солнца, одаряющего своими тёплыми лучами всё, что только попадается по пути. Всё говорило о близкой весне и ты был этому несомненно рад. Весна не ассоциировалась у тебя с любовью, ты таковой к сожалению ещё не успел познать за свою довольно долгую жизнь и не знал, познаешь ли ещё когда-то. Весна была для тебя рождением природы, открытием новой главы в жизни с надеждой, что всё изменится, что всё станет хорошо. Как бы не говорили о весне, о склякоти, ты всё это любил, ведь со слякотью приходило тепло, с теплом трава и птицы, красивые, разноцветные птицы, пестрящие на каждом углу своим ярким оперением и радующие слух своими заливным пением и днём, и ночью.
- И неужели тебе это совсем не надоедает?
Спустя некоторое время всё же решился поинтересоваться ты, как бы там ни было, как бы ты старательно не говорил всем о своей любви к одиночеству, иногда всё же хотелось компании, ведь именно компания, как правило дарит столько приятных моментов в жизни, которые порой может и стыдно вспомнить, но главное, что можно вспомнить, хуже, когда прожил множество лет, но так и не обернуться назад, ничего не припомнить и понять, что всё это было зря.
Впереди где-то замаячило два светлых силуэта, ты резко встрепенулся, выпрямился, поставил уши в остро и стал прислушиваться. Мышцы заиграли под блестящей шерстью, ты выглядел довольно красиво, жаль только себя со стороны не видел  и не мог повысить себе хоть немного самооценку.
-Кто это?
Пробормотал себе под нос, спрашивая у самого себя так, что вороная спутница могла вполне услышать вопрос. Задвигав ушами, как локаторами и внимательно вглядевшись, ты всё же смог понять, что это две кобылы. Одна из них остановился около реки, не пожелав к вам идти, а другая наоборот, направилась прямиком к вам, знакомиться. Ты настроженно  остановился и стал ожидать. Подле серой бежал серый зверь, который впрочем окзаался пустяком для волнений, оставшись где-то поодаль от вас, он и вовсе перестал интересовать тебя.
-Привет.
Довольно широко улыбнувшись ответил ты, как всегда стараясь быть похожим на чеширского кота, чья улыбка ослепительна и широка, он пожалуй в этой части был твоим кумиром, которому ты никогда не устанешь подражать.

8

Пока я уже была у реки, моя вороной спутник только приближался сюда. Он заметно что то говорил, наверно сам с собой. Хотя все же некоторые слова ты смогла слышать, но ничего не ответила. Прохладная вода как то приятно тебя освежили, а настроение как то не с того не с сего поднялось. Я весело, с каким-то азартом встрепенула гриву, что волнами рассыпалась по спине и подняла голову. Осмотрелась. А ведь мы тут не одни. Помина нас с Элом, я приметила еще одну лошадку. Это была серая лошадь, точно не понятно какой породы, но довольно симпатичная особа. Как то мне захотелось общения и подпрыгнув слегка на месте, я целенаправленно порысила в стороны новой незнакомки.
Эл был уже тоже тут у реки и махнув ему головой, предлагая тоже подойти вместе со мной к этой лошади и познакомится.
Когда я уже была возле незнакомки, то заметила сову, но не крупную, а наоборот, это был такой миниатюрный филин, сычик. Не трудно было догадаться, что он тут просто так. Это был дружок этой кобылы.
- Здравствуй. – приветливо начала я. Даже не узнала себя со стороны. Сегодня и вправду был какой-то не простой день. Я и общаюсь с лошадьми? В компании жеребка? Сама знакомлюсь с другой лошадью?! Ну, вы знаете, уж точно кто-то с лесу сдох!
Как-то я сейчас была сильно разговорчивой и на простом приветствии не закрыла рот:
- Я Морриган, а этой мой друг Эл. – поспешила я представить нас с вороным напарником. Да и вообще что-то я погорячилась, назвав этого жеребка другом. У меня то и не было давно друзей, а тут знакомы сутки и уже другом назвала. Ох, как бы мне сейчас не получить копытом в лоб за свой длинный язык! Ну что сделано, то сделано. Игриво дернув хвостом и махнув головой, я с невинным выражением лица покосилась на Эла и улыбнулась с выражением «Ой», как будто я щенок, что нагадил на постилку любимого хозяина.
Солнце уже успело взойти и его лучи, что еще, кстати, не грели, переливались на вороных крупах лошадей. Погода была прекрасной, не хватало щебетания птиц, которые вот-вот должны были прилететь домой с теплых краев. Знаете, а мне пока нравилось это общение, нравилось быть не одной, так как уже очень надоело это скучное повседневное однообразие, что преследовало меня несколько лет.

9

---------Зимний сад
Вот она в третий раз покидает не слишком шумную компанию шаечных. Опять уходит. На этот раз одна, по собственному желанию. Конечно, она смогла бы прихватить с собою спутника, того же Мотти, к примеру. И сейчас не шествовала бы в гордом одиночестве, может, весело болтала бы о какой-нибудь ерунде. Присматривалась к собеседнику…  Да много еще способов приятного совместного времяпровождения.
Безусловно, лучшим спутником для прогулки был бы Маргинал. Но сейчас вороной наоборот хотелось увеличить дистанцию насколько это возможно. Рядом с безгривым трезво мыслить, да и вообще думать, становилось слишком сложно. Но стоило лишь покинуть сад и очутиться вдали от харизматичного жеребца, и прежнее ледяное спокойствие и сосредоточенность стали возвращаться к ней.
Он ей нравиться? Определенно да. За что? Ну, все просто. Рядом с ним отступает самый страшный недуг, так докучавший кобылице во время скитаний, - скука. Это привлекло ее поначалу. Марг был не таким, как все. Наглым, настойчивым, ярким. Он ничего не скрывал, ни от кого не прятался. Уверенность в себе – второе качество. Что ни говори, а рядом с сильным жеребцом приятно чувствовать себя мм… слабой дамой, что ли. Помурлыкать, распушить шерсть. Приятно…
Она закрыла глаза, от нахлынувшей вдруг нежной теплоты и чуть не оступилась. Так, вернемся к реальности. Она действительно может оступится. Влюбилась – это патология. А что на-таки втюрилась – сомнений нет. Чего стоит одно: «он такой, такой… непревзойденный!». Стоит надеть эти розовые очки – и от прежней Хольги мало что останется. Это вороная знала точно – не в первый раз весна приходит в ее сердце. А Маргиналу она врят ли понравиться в новом образе.
Время летело незаметно. Кобылица сама и не заметила, как достигла реки. Удивленно смотрела она с холма на неторопливую темную воду, толкавшую пожелтевшие обгрызенные теплом льдины. Видимо, далеко ее занесло. А обратного пути она совсем не помнит – что делать, не смотрела она по сторонам, сосредоточившись на своих переживаниях. Оглянувшись, Хольга заметила чернеющий на горизонте изломанные силуэт леса. Скорее всего, именно оттуда она и пришла. Кобылица хотела было повернуть назад, но раздумала. Подчинившись неожиданно нахлынувшей апатии, она склонила голову и побрела вперед.
Черные силуэты впереди поначалу не привлекли ее внимания. Хольге вообще не было ни до чего дела. Отчего-то чувствовала она себя покинутой, ненужной, брошенной. Хотя никто ее, разумеется, не бросал, да и ушла она по своей воле. Теперь самостоятельная прогулка уже не казалась ей такой блестящей идеей. Но привычка брала верх, кобылица предпочитала переживать в одиночестве. Лошадям не обязательно видеть ее без улыбчивой маски.
Она подошла совсем близко. Голоса вырвали ее из промозглой серости тоски. Кобылица подняла голову и навострила уши. Вороные, чуть дальше – светлое облачко. Крепкие, поджарые жеребец и кобыла, о чем-то беседующие. Мм, не повезло ей. Но развернуться и уйти, когда Хольгу уже заметили? Глупо? А , леший с ними, может, ничего страшного, если она не будет улыбаться.
- Прекрасный день, прекрасная погода, - занудливо протянула вороная. – Надеюсь, я не мешаю вашему конструктивному общению?

10

Глаза удивлённо глядели по сторонам, пушистые ресницы, то опускались вниз, вместе с закрыванием век, то вновь поднималсь вверх, как только ты открывал глаза. Растерянность. Полная растерянность. В голове столько мыслей, но ты ничего не можешь разобрать. Вообще ничего.  Мысли путаются, всё путается, и это не приход. Тебя начинают одолевать раздумья, чьи даже малейшие частицы, ты ранее не пускал в свою голову. Шкура изредко слегка дёргалась, при особо помозглых дуновениях ветра. Под копытами чявкала грязь, невольно заставляя дрожать твою нервную систему. Этот звук неимоверно раздражал тебя, сильно хлеща время от времени себя по бокам хвостом, ты старался отвлечься, но не получалось. Серая кобыла, как появилась перед вами с Морри. так и пропала, лишь заставила разговориться вороную, улыбнуться. Ты даже несколько секунд уделил вороной спутнице, показав одним лишь взглядом, что удивлён такому хорошему её настроению, ведь при вашей встрече всё было совсем иначе. Перед тобой стояла ледяная неприступная особа. чей язык остр, а в душе нет милосердия. Готова подсмеяться над любым и врядли задумается о чьих-то чувств. Как внезапно начнёт своё общение, так внезапно и исчезнет. Навсегда покинет тебя, но оставит незабываемый отпечаток в памяти, застаыит содрогнуться сердце, оставит льдинку на память и нанесёт врядли когда-либо заживающую рану. Но здесь всё иначе. Она почему-то осталась с тобой, не бросила, то ли не наигралась ещё, толи не хочет и фиг поймёшь. Заставила измениться, задуматься, перестать понимать самого себя и смело шагать вперёд, лиж бы не отпускать.
Перед взором резко, как буд-то из ниоткуда  вырос тонкий, худощявый по сравнению с тобой и Морри силуэт. Тоже вороной, с небольшой отметиной на носу. Детский лепет о прекрасной погоде. дне. Ты непонимающе сверлишь взглядом кобылу, стараясь найти в ней что-то родное. Но пусто. Незнакомка. Стараясь всеми силами вернуться в мир, ты натягиваешь вновь свою широкую улыбку, вспоминая всех психов, что жили с тобой, в тебе во время пути, а тут вруг покинули, забыли про тебя. Ты стал одиночкой. самой обычной лошадью с необычной историей, чьи фрагменты резко перестали проявляться в реальной жизни. но за то стал лошадью, у которйо появилась надежда на светлое будущее.
-Да.. весна..
Замысловато произнёс ты, но не кобыле, а самому себе, просто позволил эту фразу услышать и двум кобылам, что стояли в паре метров максимум от тебя.
-Добрый день. - в горле, как ком в горле, который пришлось сглатывать с огромным трудом.
-Думаю, что нет, не помешаете. Как вас зовут?
Было сложно отвечать сразу за себя и за Морриган, ведь ты не знал, какое мнение на этот счёт имеет она, но заставлять ждать было бы некрасиво, так что, судите сами..

11

Наверное, нужно было пройти мимо. Наверное, не следовало заводить разговор и оставить этих двоих в покое. И себя тоже. Все-таки вынужденное общение всегда стресс, пусть даже и меньший, чем те душевные метания, не дающие наслаждаться пейзажем. Хольга все - еще не могла удостовериться, что выбрала верный путь бегства от собственных чувств.
На задумчивой морде вороного жеребца появилась так знакомая Хольге натянутая улыбка. Надо же, не одна она прибегает к этой исковерканной маске, пытаясь скрыть истину. Или просто проявить дружелюбие, которым даже и не пахнет. Неужто она уже успела насолить этим двоим?
-Что ж, я рада, что не являюсь помехой, - а даже если бы и являлась, не чувствую что-то раскаяния на этот счет. Раскланиваться с каждым встречным – поперечным? Вот еще! Но, как и ее вороной собеседник, кобылица не желала, чтобы даже отблеск этих мыслей отразился на ее мордочке. Так что она тоже надела свою фирменную улыбку. Получилось намного лучше, чем у незнакомца. Наверное, у нее опыта все-таки больше.
-Меня зовут Хольга, - представилась она. Конечно, несколько странно, что от нее сразу требовали имя. Словно проверяют или ищут кого… Как бы то ни было, но не ее. Никому она не нужна, хнык. Так и хотелось скорчить постную рожу и наигранно порыдать в чужую гриву. Вороная даже на минуту сама испугалась той истеричной натуре, что так решительно толкалась, пытаясь высвободиться. Вот уж не подозревала об этой стороне своей души.
- Мм, это допрос? – все же поинтересовалась она. – Впрочем, я не против, допрашивайте. Только и сами представьтесь, чтобы…чтобы… А чтобы и вас узнать.
Последнюю фразу она бросила таким раздраженным тоном, будто ей просто невыносимо чешется ухо, а эти двое мешают отвлечься и почесать. Тугой клубок стремительно разматывался, и остановить, сжаться Хольга не могла. Ее несло, словно Маргинала при виде Мартина. Причем, кобылица сама была обескуражена собственным поведением. Да что происходит, в конце -   концов?
Она хотела было извиниться, но так и не смогла выдавить из себя парочки вежливых фраз. На языке вертелось пару колких фраз, готовых сорваться с языка, как только она откроет рот. Так что вороная немного помолчала, глотая собственные слова. И когда, наконец, справилась с собой, вновь обратилась к своим новым знакомым.
-Верно, весна. Так по зелени соскучилась, что стала больно раздражительной. Надеюсь, что не слишком задели вас?

12

Полоски... То чёрные то белые. Каждый день особенный. Полосатый, подобно зебре. Однако микс из чёрного и белого не всегда радует. Жизнь преподносит резкие повороты, риск в которых может достигать максимума. А что будет если не впишешься и вылетишь со своего пути? Что? Неизвестность. Порой она пугает, а парой делает счастливым. Однако, жизнь вороного оказалась не столь удачной. Всё вылетая с резких поворотов, кажется, уже всё. Сломано. Впереди лишь пустота. Никакой надежды на то, что вновь что -то будет. Друзья? Давно уже нет таковых.  Предают, ломают, убивают. Такова вся их суть, их убогое существования. Они прогибают свои спины под властью другого. Мерзко и отвратительно. Личность должна быть всегда личностью. Она уникальна, умна и превосходна для себя. Так зачем же?  Этот вопрос не имел ответа, по крайне мере вороной его явно не знал.
Висмут всё брел себе в одиночестве рассуждая на подобные темы. Однако всё один друг у него нет. Молодой и темпераментный волк, который бредёт где-то в стороне. С ним иногда и поговорить можно. Вис  лениво перебирал ногами, меся грязь под ногами. Солнечные лучи не могли достать до него из-за  большого скопления деревьев в этом лесу. Вис чуть понуро опустил голову и то и дело прикрывал свои глаза, пытаясь увидеть что-то хорошее и оптимистичное в  своём существовании.  Но вот он услышал шорох. Жеребец тут же остановился и глянул вглубь леса.  Были слышны голоса, да журчанье реки. А так хотелось пить. Вот и перед карим взглядом вороного появился его единственный друг. И они на пару пошли в сторону воды.
перед глазами Висмута появились лошади. Он поначалу не обратил на них никакого внимания и совершенно спокойно пошёл к воде и начал её пить. Холодная вода обжигала  горло, да и зубы начинали болеть, на жажда была сильнее. Вис обратил своё внимание к кобылице, и чуть пойдя в её сторону, сказал:
- Доброго дня всем.

13

Парочка молчала. Хольга молчала тоже. Решили ее игнорировать? Ладушки. Впрочем, она и сама бы так поступила, решись какая-нибудь наглая особа вторгнуться в их с Маргом тихую – мирную беседу. Так, а как этот безгривый пустомеля опять затесался среди ее мыслей? Непорядок.
Вороная повернула голову и попыталась думать о чем-нибудь другом. Уходить она не стала. Может, из принципа и вредности, не желая оставлять парочку наедине. Может, ей просто не хотелось никуда идти. Тем более, это место ничем не хуже других. Даже лучше, река вон рядом.
Кобылица смотрела на бегущую воду и размышляла, что неплохо было бы искупаться. Как-то сама самой вспомнилась их с Маргиналом прогулка к озеру и столь неудачный заплыв последнего. Легкая улыбка появилась на мордочке Хольги. Даже теперь она не могла не усмехнуться их глупой затее. Усмехнуться и порадоваться, что все так хорошо закончилось для их обоих. Лысый даже вон, на разведку ускакал. Охальник!
Впрочем, глупо надеется выбросить все происшедшее из головы. Почему бы просто не порадоваться этой неожиданной влюбленности. Конечно, ничего хорошего это чувство в себе не несет. Только очередные безумства и глупости. Но не они ли делают жизнь насыщенной событиями? Лучше уж навернуться с крутой горки, чем помереть здоровой. Обидно ведь.
Весна выстукивала какой-то незамысловатый мотивчик. Были тепло и спокойно. Вороные молчали, да и вообще почти не подавали признаков жизни. И Хольга потиху задремала, чуть покачиваясь на своих длинных ногах. Уши ее подрагивали, выдавая, что хозяйка их еще не совсем расслабилась и способна быстренько вернуться в строй.
Размягченная оттепелью и талым снегом земля смягчала шаг. Хищник при желании мог бы подкрасться и вовсе бесшумно. Лошадь же – идти, не страшась, что ее услышат. Только чавканье приболоченой у самого берега земли выдало пришельца. Кобылица нехотя приоткрыла один глаз. Еще один жеребец, что ли?
Он не скрывался, да и вообще не заторачивался. Прямой наводкой отправился к воде. Хольга чуть понаблюдала за ним и решила, что он как пришел, так сейчас и уйдет. Деловой, однако… Но нет, утолив жажду незнакомец все-таки решил подойти. Из вежливости или по другой причине?
- Доброго, - отозвалась она. Парочка, видимо, отвечать не собиралась. – И как водичка? Не холодная, зубы не ломит?
Тухлой рыбкой не отдает? Но Хольга сдержалась. Незнакомец ведь не виноват, что у нее бушуют гормоны. А может вороная просто нахваталась от Маргинала. Тот уж точно язык за зубами прятать не умел.

14

Висмут немного двинулся в сторону новой собеседницы, но тут же остановился. Он почувствовал негодования своего друга, и обратил на него свои карие глаза. Дену явно не нравилось то, что они не двигаются дальше, а бессмысленно стоят на одном месте не делая ничего. Однако, в чём же смысл простого хождения по миру? Без целей, без новых знакомств и тому подобного? Просто взглянуть на весь этот серый мир ещё и ещё? Зачем же? Нет смысла в этих похождениях. Так почему же, тогда не познакомится и и не пообщаться с другими себе подобными? Ден не мог этого понять. Он явно не любил общения, впрочем, как и сам Висмут. Но нужно было чего-то достигать в этой жизни а не просто тупо существовать По взгляду вороного было сразу понятно, что он никуда сейчас не пойдёт. Пусть это будет называться привалом. Но вот  карий взор на волка, отвлёк голос кобылы. «Доброго. И как водичка? Не холодная, зубы не ломит?» Казалось, что сейчас на её морде появиться очередная довольная ухмылка. Но нет такового не произошло. Висмут внимательно посомтрел на кобылицу, пытаясь найти в её словах хоть каплю подвоха, но такого не было. Жеребец совершенно не умел общаться с себе  подобными так, как этого хотят они, именно по этому он всегда сам по себе, он всегда он. Вис всё же смог выдавить из себя несколько предложения, и даже представился:
- Честно? Было ощущение, что зубы сейчас вываляться из дёсен. Но довольно терпимо. Я Висмут, а вас как зовут?
Звучали же его слова довольно нелепо. Но нечего страшного, переживёт. Он вновь внимательно посомтрел своими карими глазами на кобылу, будто бы выманивая из неё слова

15

Только сейчас она заметила спутника вороного жеребца – черного волка. Да, необычно спутник. Взгляд кобылы скользнул по хищнику, словно тот был чем-то неодушевленным и малозанимательным. Конечно, дело обстояло совсем наоборот. Волк беспокоил Хольгу, пусть и не настолько, чтобы покинуть берег. Но присматривать за ним краем глаза, пожалуй, стоит.
Лошади предпочитали несколько иных спутников. Птички, зайчики, иные пушистые миловидные шарики. Тьфу, телячьи нежности. Маменька их, что ли в детстве не ласкала? Волк же не походил на такую «домашнюю зверюшку». Он, скорее друг, чем гламурный аксессуар. Что ж, примем его присутствие, как должное.
-Исчерпывающий ответ, - хмыкнула Хольга. Она и сама была не против сделать пару глотков, но после живописания вороного решила, что не так уж ей и хочется. Подождет, пока солнце пригреет посильнее. А может, хлебнет по пути из какого-нибудь ручейка.
-Висмут, - повторила она имя представившегося. С чем-то оно у нее ассоциировалось…Хм, с чем-то кислым. Аж зубы сводит. Вот же какое совпадение, первая фраза характеризует нашего нового знакомого. Пусть пока только имя, но может после окажется, что и характер ему под стать?
-Хольга, - в свою очередь представилась она. – И что тебя завело в эти края, Висмут? Догоняешь свой табун или просто решил копыта поразмять?
Да, наличие поблизости табуна – не слишком благоприятный исход. Такие сообщества лошадей Хольга не любила. Табуны, в большинстве своем ведут себя нагло и самоуверенно. Не раз одиночкам приходилось уступать дорогу и пастбище этой ораве. Впрочем, теперь рядом находится вроде бы как ее шайка. И кобылице стоит радеть и за их благополучие.
Хорошо бы ее новый знакомый оказался очередным одиноким странником. По нем не скажешь, что он слишком общительный. Нет, конечно, в табуне тоже встречались молчуны. Но при первой же возможности любители одиночества стараются покинуть других лошадей, чтобы насладиться одиночеством и покоем. Таков ли этот Висмут с кислинкой?

16

Вороной как-то осторожно посомтрел на  кобылу и смогу уловить её взгляд на чёрном. Это его немного забеспокоило, так как Ден страдал как-то особой агрессией по отношению к лошадям, да и вообще к живым существам. Только вот почему, ему было не понятно. Но одно сейчас заботило Висмута, это то, что  друг его довольно не предсказуемый, и нужно всё же постараться уберечь лошадей от него. Так же карие глаза вороного смогли увидеть и ещё пару влюблённых, которые тоже здесь бродили навевая на это место какую-то романтику.
«Исчерпывающий ответ» Висмут повёл ухом в сторону кобылы, но почему-то слова кобылицы он воспринял как какую-то насмешку что-ли. Его это немного зацепило, но он не из тех, кто открывает свои эмоции всем подряд. Жеребец всё так же спокойно  вдохнул теплеющий воздух, а следом негромко фыркнул. Затем вороная решила повторить имя жеребца, что его немного насторожило. Он чуть поднял шею и внимательно посмотрел на кобылицу. И тут он сказала: «Хольга» Вороной лишь кивнул своей головой в знак того, что ему приятно познакомится. У него был как-то замученный вид. Сам по себе какой-то лохматый, неулыбчивый. Обычно это всех смущало в нём.
«И что тебя завело в эти края, Висмут? Догоняешь свой табун или просто решил копыта поразмять?» - вымолвила вороная.  Висмут чуть поднял свой взгляд на кобылицу, отвлекаясь тем самым от природы вокруг себя.  Его заинтересовало то, что подобные вещи у него спрашивают очень редко.
- Я больше напоминаю одинокого странника, чем чьего-то подчинённого.
Вороной всякими способом отказывался кому-либо подчиняться и выполнят что-либо. Если он делает то, что его просят, то это считается чем-то уважительным. Карим глазам всё попадались влюблённая парочка, от чего сам жеребец чувствовал себя не своей тарелке и ему хотелось покинуть это место.
- Знаете, наверное мне пора. Можите конечно пойти со мной, что бы не мешать развитию отношений, которые закончатся половым актом где-нибудь здесь. Благо не лицезреть, а может даже и не смущать молодожёнов.
Вороной сказал всё совершенно спокойно и направился в сторону леса.

17

Он действительно напоминал странника. Вид у него был… неухоженный что -ли. Такими лошади становятся, когда долго и без цели странствуют. Идут куда глаза глядят, а что нужно – не знают. Инерция. Хольге подобное настроение было знакомо, правда до крайности она никогда не доходила.
Когда  кисленький ( нет, ну он действительно киснет, причем прямо на глазах, скоро бродить начнет. А нет, уже начал) закончил свою речь, Хольга задумалась. На ее хитрой мордочке явно было написано, что  мешать «молодоженам» она намерена до конца. А если те вдруг плюнут на все и займутся делом, то, пожалуй, будет пыхтеть молодому в ухо, поясняя ему что и как надо делать. Конечно, все это может закончиться членовредительством. Но вороная, как всегда, была только рада потасовке.
Но окинув взглядом своих новых сонных знакомых, она пришла к выводу, что Кислый преувеличивает. Этих сейчас ничего не расшевелит. И что, торчать здесь ожидая невесть чего? Может, стоит пойти за Висмутом?
Немного помявшись, она кивнула в знак согласия. Уж здесь ее точно ничего не задерживает.
-Ладушки, ребятки, - обратилась она к сонному царству. – Успехов вам во всех ваших начинаниях, - она лукаво прищурилась, а затем развернулась к парочке крупом.
- Пошли, скромняга, - в ее словах не было и доли насмешки. Обидеть Висмута она не хотела, пусть и взяла немного панибратский тон. Легонько толкнула мордой Кислого в бок – ему все-таки дорогу показывать, а он продолжает стоять. Непорядок. – Куда идем-то?
-------Куда-то

Отредактировано Хольга (2012-05-13 22:03:00)

18

Акаби шла медленно и осторожно. Ей не хотелось никого пугать, разочаровывать, смешить... Не важно! Ей просто не хотелось никого видеть и слышать. Её чёрно-бурый лис Арамент шёл сзади и по видимому очень устал.
- Послушай ка!- сказал он. - А не отдохнуть ли нам часок, другой?
- Какой же ты всё таки ленивый!- с упрёком ответила лошадь. - Мы ведь только что двинулись в путь!
- Только что? Мы идём уже третий час!- вскричал лис.
- Тихо, тихо. Разорался тут!- прикрикнула на него кобыла. - Мы тут не одни я это чувствую!
Арамент подозрительно принюхался и шерсть у него на спине встала дыбом.
- Что такое?- удивлённо поинтересовалась она. - Тут наверняка просто лошадь из табуна! Чего ты так окрысился?
- Непись...- сердито пояснил он. - Из рода собачих!- Арамент оскалился.
- Ну, ну. Чего ты? Наверняка обыкновенный волк. Мы вообще-то пытаемся найти друзей, а не нажить себе врагов. - сказала Ака и ласково потёрлась об мордочку своего друга.
Ар замурлыкал, что было совершенно не свойственно большому, чёрно-бурому и тем более достаточно взрослому лису. "Ах, ты мой глупенький! Совершенно не понимает зачем нам нужны друзья. Подумать только! Он говорит, что мол, его мне будет достаточно. Мол, зачем нам ещё лишние друзья?- размышляла Акаби продолжая идти не сбиваясь с какой-то прямой, невидимой линии.
Местность по которой они шли казалась совсем пустынной и безжизненной. Лес, лес, лес. Повсюду деревья и кусты. Нигде не было даже маленького озерца или ручейка. Кобылу давно мучила сильная жажда. Наконец впереди показалось озерцо с прозрачной, чистой и прохладной водой.
Ака уже сменила шаг на рысь, как вдруг она услышала голоса. Это были голоса лошадей. Спрятавшись за деревом она осмотрела озеро. С другой его стороны она заметила лошадей. Кобыла узнала одну. Это была Хольга из шайки, встречала, но не общалась. Остальных же она никогда не видела. "Наверное бояться нечего... Ведь они в конце концов не кусаются!- подумала Акаби и посмотрев на лиса сделала ему знак что бы он шёл за ней. Выйдя из кустов она пошла прямо к лошадям и остановившись на почтительном расстоянии от них сказала просто и ясно:
- Приветствую...- вороная немного замялась и запоздало улыбнулась.

Отредактировано Акаби (2012-05-06 10:44:00)

19

>>>Вход в игру>>>

Короткой рысью, высоко задирая свою светлую головушку и старательно отрывая от земли ноги, серый конь спешит по какому-то важному для него делу. Странствуя в одиночку, можно понять, как жить дальше, а также разобраться со всем мусором, поселившимся в твоем сознании. Гилберт уже около года не показывается родным, а из них у него лишь сестра. Вспоминая, что уход его не сопровождался добрыми напутствиями, жеребцу следует сделать трудный шаг — извиниться. Подобное, всегда дается ему с трудом, ведь «С какой это стати Великие должны идти на подобное?», но ради семьи, можно и переступить через себя. Тем более Гил скучает по своей сестренке, да и узнать, как она, не обижают ли ее, тоже нужно. Насколько она изменилась, примет ли его, оставившего ее одну, предателя? — голова забита лишь подобными мыслями, хотя на морде нет напряженного выражения, как всегда самодовольный взгляд, смотрящий на всё и всех сверху вниз. За время странствий Гилберт немного окреп и возмужал, но натура его до сих пор остается неизменной: такой же засранец, играющий роль «крутого парня», а также добрый и тихий внутри.
Рысь сменяется спокойным шагом. Решая дать Своему Великолепию немного передохнуть, Гил останавливается у кромки воды. Жеребец гордо встряхивает головой, отряхиваясь от пыли и грязи покрывающей его светлую шкуру. После долгого путешествия, да еще и в такое знойное лето, Гилберт сильно вымотался, хотя взгляд его все еще такой же гордый и величественный, как обычно, а это показатель того, что немного сил еще имеется в запасе. Медленно заходя в воду по колено, конь опускает голову к воде и начинает жадно пить. Комки в горле постепенно исчезают, и жеребец облегченно выдыхает. Напившись, серый конь хочет немного освежиться и смыть свою усталость. Опуская нос поглубже, так что видны лишь глаза и белые уши, Гилберт шагает дальше, туда, где вода касается живота. Все также держа нос в прохладе, жеребец вытягивает шею, соприкасаясь ею с гладью водоема. Расслабляясь в прохладной реке, тот гонит все гнетущие мысли, заряжая себя оптимизмом. Поднимая, наконец, голову вверх, Гилберт вглядывается вдаль, на другой берег: «Вплавь, что ли перебираться?». Встряхивая шеей, так что маленькие капельки летят во все стороны и превращаются в круги, расходящиеся по воде, Гил идет обратно на свой берег. «Итак, что мы имеем?» — начинает осмыслять ситуацию Его Величество, — «Плыть долго — река широкая, да и мокнуть больше не хочется. И вообще, вдруг тут течение сильное, а как же мир без такого замечательного, как я? Есть тут где переход? Хмм...». Долго стоять на пекле — мало удовольствия, поэтому Гилберт отправляется гулять вдоль реки. Опустив немного шею, широкой рысью тот пробегает по сухой траве, так и не находя никаких переходов или хотя бы сужений реки.
«Пфф, отстой какой...!» — жалуется сам себе жеребец, останавливаясь, от негодования прижимая уши к затылку и громко топая передней ногой. Не зная как быть, тот возвращается обратно, туда, где недавно купался. Таким недовольным взглядом смотря на воду, будто, словно пророк Моисей, изведет ту с пути своего, Гил хмурится от досады. Напряженно хлестая хвостом себя по бокам, заодно избавляясь от надоедливых кровососущих, конь призадумывается: а зачем вообще он идет туда? ждет ли его сестра? там ли она вообще? какой вкус у рыбы? Последний вопрос он задает себе уже от скуки. «Мягкая да склизкая, наверное,» — морщится серый жеребец.

20

Лето. Жаркие дни, солнце палит, как только может, сухой ветер, и мало воды. К счастью или к сожаления половина лета уже за плечами. Трава не такая сочная, уже выжаренная на солнце, а помнится весной, как вкусно утром покушать сочной молодой травки с прохладной росой. Но чтобы снова повкушать то лакомство надо было пережить страшную зиму. От одной мысли, что снова придет зима, когда тело дрожит до костей, еды почти нет, голод и холод, самое трудное время. Утомляющий вздох и спокойная рысь. Я шла по лесу, направляясь к реке. В тени деревьев было не так плохо, как на открытых местностях. Хотелось пить, а потом окунутся в прохладную воду. Чем лучше река от озеа, что было ближе? Тем, что в такую жару озеро становилось теплым, а река постоянно своим течением охлаждалась. Огромный океан, что окружал остов был такой большой, что даже солнце не могло его нагреть. Я никогда не видела океана, лишь знала, что он – это конец света. Интересно, а что там дальше? За океаном? Или он не имеет границ? Ходило много легенд, что были лошади- смельчаки, которые плыли в океан и находили земли, но никто не возвращался. Откуда же тогда они узнавали, что те ненормальные находили земли, а не пускались на дно в глубины океана на упокой?
Меня догнал мой маленький друг. Вскочив на спину, он стал придерживаться своими лапками. Трудно дыша, вывалив маленький язычок, Базилик изнемогал от такой жары. Я молчала, даже не хотелось говорить, ведь это лишние действия, которые еще больше разогревали мое тело, мой друг тоже молчал, лишь учащенное дыхание ловили уши серой, отведенные назад.
Деревья уже стали редкими, больше становилось кустов, тень которых совсем не укрывала. А в дали показалась широкая река. Это придало больше сил и я сорвалась в галоп. Баз зафыркал и сильно ухватился за гриву, это было весьма не приятно, но я видела воду и хотела туда.
Когда я приблизилась к воде и оставалось всего метров десять, чтобы залезть в реку, мой взгляд остановился на жеребце. Я уже тогда поняла кто это. Запах брата я знала хорошо, он напоминал о доме, о маме, которой наверно уже и нет в живых. Почему я так решила? Она была слабая и, увы, закон природы – слабые долго не выживут. Я ушла и он ушел, оставив ее одну. Моя совесть время от времени душила, а ненависть к брату порой была невыносима. Ладно я дура ушла, но он то чего ее бросил?! Но здравый смысл отвечал, что табун никогда не был нам домом. Отчасти я понимала Гилберта, и была рада его видеть, ведь, сколько не кричи, не ругайся на него, а он мой брат, часть моей семьи, то, что от нее осталось. Наш отец был вожаком, он был отличным вожаком, пока не пришел тот монстр. Теперь в наших жилах течет кровь наследников. Но Гилберт вроде не сильно рвался на трон, не хотел ставать вожаком. Да и рано ему было, о чем речь. А вот если бы не пришел тот ужасный жеребец, не победил нашего отца, то мой брат непременно стал бы вожаком, а отец бы его подготовил. Ох, о чем речь, «если бы да кабы, то во рту росли грибы»…это все слова, то, чего никогда не может уже быть. Прошлое, как оно меня преследует…
Я стала подходить ближе, но не выражала ту радость от встречи. Трудно было понять, что мне хотелось больше – высказать брату, какой он гад, что тоже бросил мать и услышать о себе тоже самое, или же радостно обнять и понять, что я не одна в этом злом мире, где выживает сильнейший. Ну с недавних пор моя жизнь хорошо изменилась. Я нашла того, с кем хочу провести сою жизнь, от кого хочу родить маленького жеребенка, и все рано моя судьба меня связала с табуном, вене с шайкой, которая очень напоминала табун, а Херсонес был как мой отец – вожак. Но чтобы повторить судьбу мамы, то тут совсем другая игра. И я и Гилберт были абсолютно не такие как была мама. Возможно, так повлияло наше суровое детство, а может все таки боевой характер был с нами с рождения. Во всяком случае, я была рада тем, кем я стала. Я всего добилась сама, я не сталась как мама, а бросилась на поиски счастья, на поиски своего уголка, так что не чего винить Гила за то, что он ушел, он поступил по зову сердца – ушел искать свое место под солнцем. Интересно, нашел ли?
- Здравствуй. – слегка неловко произнесла я. Будет ли он рад меня видеть, или как и я не знает какие чувства берут верх?
Я порысила и оказалась в воде по самую шею. Боже, какое облегчение. Базилик спрыгнул с меня и так же стал бултыхаться в прохладной воде, а я вышла на берег, отряхнулась и глянула на младшего брата, что был крупнее меня, но на то он и жеребец.