Royal Horse Family. ВЕДУТСЯ ТЕХ. РАБОТЫ ПО ВОССТАНОВЛЕНИЮ

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Березовое пролесье.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://s2.uploads.ru/M25oa.jpg

Березовое пролесье.
Сосновый лес уже кончился, высокие верхушки вечнозеленых деревьев остались позади. После широкого луга начинается пролесье. Большинство деревьев здесь березы. Лес еще не вырос до размеров большой чащобы, еще редок, но не настолько что здесь нельзя заблудится.

2

Начало игры
По-весеннему теплое солнце начинает пригревать. Скоро растает весь снег, распустится свежая листва на деревьях, подтянется сочная молоденькая травка... а на душе будет тепло и весело... ведь совсем скоро, после весны, настанет долгожданное лето!
Лето! О чем вам это говорит?! В первую очередь, конечно, короткая жесткая шерсть, конец линьки и дискомфорта. Потом и длинные беззаботные дни, когда можно спать, есть и скакать по полям, весело размахивая хвостом. Бессонные ночи и чистое звездное небо. Голова, забитая фантазиями о спокойном светлом будущем... Хотя, насчет последнего пункта я сомневаюсь... Ну и насчет третьего и второго, тоже. Летом, конечно хорошо, комфортно, но и не надо забывать о том, что ты обременен заботами о табуне, места которого стали тебе любимым домом, а лошади - новой семьей. Эти мысли не дают никому расслабляться...
Капа это хорошо понимала, она старалась выполнить все поручения вожака, желала показаться в трезвом уме и добром здравии и всегда находила себе время что бы подурачиться с местными жеребятами или другими лошадьми, что не были настроены столь серьезно.
Сейчас молодая кобыла спокойно шла по небольшому березовому лесочку, мотая головой из стороны в сторону, стараясь осмотреть все. Ее верный друг и спутник - сипуха Штро, тихо летел где-то выше. Он был, на удивление, спокоен и добродушен. Видимо, на него так действуют теплые воздушные потоки...
Мокрый снег прилипал к ногам, застревал в копытах. Но Капуша находила это забавным. Поэтому следы умеренного шага вскоре исчезли, и можно было наблюдать рандомные «ляпы» от прыжков по глубоким сугробам. Еще несколько минут таких скачков и легкого бега и силы вдруг стали уходить. Капа остановилась и вновь осмотрелась. Теперь она стояла посередине небольшой полянки, которая до сих пор не заросла березами.  Кобылка выглядела очень нелепо и забавно: потемневшую к зиме пятнистую шерсть на крупе и спине украшали белые снежные горочки, яркая рыжеватая грива была растрепана и в ней, так же как к ногам, прилипли небольшие белые комочки; голова была приподнята, пушистые уши стояли торчком, а светло-голубые глаза  смотрели прямо на сипуху, севшую на ветку ближайшего невысокого дерева.

Отредактировано Капа (2013-02-08 22:16:13)

3

Свернутый текст

Sting – Fragile - под это читать.
Пост мрачный, не обессудьте. Таково состояние героя.

Тихое морозное утро. Снег, поглощаемый мягкими утренними лучами, раз в раз отбивал его лучи и все никак не хотел поддаться и растаять. Ты стоял на широком плоском уступе и наблюдал за очередным рассветом с таким же сопротивлением, не подпуская тепло в ледяную глыбу, которая росла где-то глубоко в твоей груди. Ты наблюдал рассвет вот уже несколько дней подряд, стоя все на этом самом месте. И каждый раз происходило тоже самое - ночь постепенно сменялась днем. Луну затмевало солнце.
За твоей спиной все еще были сумерки, но вскоре солнце доберется и туда. Ты слегка зажмурился от навязчивых лучей и в конце концов, поморщившись, отвернулся от света, который, как тебе казалось, так навязчиво пытается осветить тебе путь, озарить твои мрачные мысли, указать правильную дорогу. Но куда будет вести эта дорога? Кто будет встречать тебя, в конце тоннеля? Ты один, совершенно один. За что Бог забрал у тебя все? Казалось, ты был самым бедным и ничтожным существом в этом мире. У тебя не было ровным счетом ничего. Все, кого любил, кем дорожил были вероятно мертвы. Хотя и в этом ты не мог быть уверен. Логично, что ты мог бы надеяться их найти. Самым ужасным во всей этой картине было то, что надежда, которая по словам умирает последней, погибла в тебе уже давно. Она долго тлела, порой едва начинала гореть, но в один момент погасла, как будто кто-то вылил ведро воды на эти несчастные, и без того гаснущие угольки. Ты развернулся и побрел куда-то.
И все же огонек жизни еще мерцал в тебе, хотя ты не делал ничего для его поддержания. Лишь иногда пил холодную воду, которая обжигала твое горло и студила внутренние органы, которые и так едва ли вырабатывали тепло. Ты не питался где-то неделю. Твое тело явно сдало в размерах. Округлые формы и выдающиеся мышцы сменились выпирающими ребрами и хребтом, слабыми конечностями, сухой как солома гривой и хвостом. Глаза мутные, безучастные. Копыта начинали крошиться, через месяцок, если еще будешь жив, ты не сможешь ходить. И тогда тебе останется лишь повалиться на бок и ждать, когда Бог, не смотря на все его нежелания тебя забирать (почему непонятно), наконец-то лишит тебя этих мук. Холодная сырая земля будет впитывать твое тепло, копыта будут кровоточить, распространяя в энном радиусе вокруг тебя пленящий аромат крови и живой плоти. Рано или поздно хищники найдут тебя и им даже не придется напрягаться, чтобы убить тебя. Ты сам услужливо отбросишь в сторону гриву и изогнешь свою худую шею так, чтобы клыки зверя скорее перекусили твою сонную артерию. Ты, наверное, даже не почувствуешь боли. В голове промелькнет вся твоя жизнь, как кинопленка. И на самом интересном месте нить твоей жизни будет разрезана Мойрой.
Ты уже много раз продумывал сценарии своей смерти, ты губил себя как мог и почему-то все еще мог ходить, дышать, двигаться. Совсем недавно ты встречал знакомых тебе лошадей. Эскорт, Адель и, кажется, кто-то еще... ты мог бы остаться с ними и начать жизнь с чистого листа. Но почему ты ушел? Может быть, дело не лошадях? Верно, дело в их ценности. Все вышеперечисленные имена были лишь пустым звуком, хотя Адель отдавалась в твоем сознании глухим отзвуком прошлого. Это было слабым посылом уйти оттуда. Почему? Непонятно.
Ты остановился, потому что начали болеть ноги. Теперь это были для тебя весьма тяжелые нагрузки, хех. Прикрыв глаза, ты застыл на месте на несколько минут, затем широко распахнул их и стал без интереса разглядывать окрестности, пока ноги перестанут гудеть. Перед тобой стелилось реденькое березовое пролесье. Где-то недалеко ты слышал шум приближающихся шагов. Ты повел ушами. Это была лошадь, легкого телосложения и судя по походке, весьма довольная жизнью. Повернув голову в сторону движущего объекта, ты увидел серую кобылку арабских кровей. Она не вызвала у тебя никаких эмоций. И дело не в ней. Она прекрасна. Она явно молода и зелена. Впереди у нее целая история. И тебе не хотелось, чтобы ее радостное выражение лице исчезло при виде тебя.
Еще несколько шагов вперед и снова остановка. Ты нахмурился и стал перебирать воспоминание в своей голове. Это место казалось тебе знакомым.
Через пару минут ты вспомнил, что прошлой зимой, примерно в это же время вы с Хиперроном впервые привели лошадей на это место. Тогда впереди вас были разные перспективы и возможности, вы смело шагали на встречу неизвестности. Вы быстро выжили отсюда шайку и местный табун присоединился к вам. А теперь эти земли изгнали вас отсюда. Нижняя губа дрогнула. Здесь же ты встретил Рианнон. Ты вдруг почувствовал, как кровь пульсировала в твоих висках. Ты нервно переступил с ноги на ноги и огляделся снова, приглядываясь к деталям. Ты захлестнулся собственным воспоминаниями, впавшая грудь высоко вздымалась, из ноздрей валил пар. Крик души - жалобное и отчаянное ржание, разлившееся эхом далеко в лес. Ты обессилено выдохнул. Жаль, ты уже не сможешь вспомнить, а значит и найти того места, где все началось. Жаль, что Рианнон больше нет. Жаль, что все так закончилось.
Ты прислушался к ударам своего сердца: оно тихо и слабо билось все так же спокойно и ровно. И мысли уже не мчались в бешеном круговороте, они текли так же спокойно и ровно, как и поток крови в твоих жилах.

4

Откуда же я выползла сейчас, и куда направлялась? Хороший вопрос, но ответа точного вам не дам, потому что я просто шагала вперёд, как было всегда. Рядом со мной так же смирно шёл Сид, мой вечный спутник, который был со мной практически везде, и всегда поддерживал, обожаю его. Он шёл опустив немного свою острую мордочки, хвост его плёлся по снегу, который начал раздражать меня с того момента, как выпал. Ненавижу зиму, самый убогий месяц года, который не приносит мне никакого удовольствия, зимой всегда мороз, пронизывающий до костей, и хотелось порою попросту спрятаться под землю, там теплее наверняка…
Подняв голову выше, я осмотрела территорию, оглядываясь, чтоб осознать, где я нахожусь, куда я стремилась прийти  вот уже как неделю, потому что я шла просто тупо вперёд, хотя Сид одёргивал меня, чтоб задумалась над своим маршрутом. Выдохнув, выпуская клубочки лёгкого пара из ноздрей, подгибая одну ногу, прикасаясь копытом до своей груди, нога болела, старые травмы всегда обострялись именно зимой, поэтому зиму я всегда ненавидела. А за одиннадцать лет моей жестокой жизни, моё тело было всё покалечено, практически всё, я всегда берегла голову, поэтому, пожалуй, только эта часть моего тела была целой. На моём теле были шрамы да, но в большинстве своём это простые мелкие рубцы, которые проглядывались сквозь вороную шкуру, но самый большой шрам, который трудно было не заметить, это на морде. Он шёл ото лба, проходя около левого глаза, спускался по ганаше и на ней же и заканчивался. Глубокая такая вмятина, и ещё такой же заметный шрам на левом боку, который шёл от холки до рёбер, кривой такой, уродливый, как, впрочем, и моя жизнь. Жизнь никогда не жалела меня, начиная гробить меня с самого детства, но такого была цена за мой хреновый характер, плохие поступки, которые начались практически с самого детства. Но я никогда не жаловалась на свою судьбу, никогда, потому что всё прекрасно понимала, что за зло,  даётся только зло, а от меня всегда веяло негативом, так что всё складывалось в едино. Пожалуй, что судьба лишь на миг подарила мне того, кто смог меня немного смягчить, подарив мне на два года тот кусочек счастья, которого мне не хватало очень давно. Этот жеребец затопил моё сердце, словно разбил ту оболочку, под которой я скрывалась, хотя если так подумать, была ли эта оболочка? Но видимо до конца мои дней, кто-то свыше не хочет, что я, Денонсация, была счастлива, потому что в очередной раз от меня забрали моего любимого, который пропал. И жеребёнок, но тот, возможно, просто ушёл, и его мог подобрать какой-то табун, так что надежда на то, что плод любви с Перфектом всё-таки ещё жив. А вот насчёт его самого, не знаю, забвение, темнота и неизвестность. Привыкнув к тому, что у меня забирают тех, кто мне хоть как-то близок, огорчаться долго не буду, увы, привычка быстро отвыкать от тех, кто когда-то был мне очень близок, поверьте, это очень полезная штука.
Сид дотронулся до меня, и я словно очнулась, опуская ногу на снег, фыркнула, хлестнула себя хвостом и пошла дальше, разглядывая такую знакомую до боли местность, походу дела я нашла то, что искала. Мы шли с глубоким молчанием, хотя обычно я всегда разговаривала с Сидом, но так как настроения как всегда не было, моя сущность предпочитала заткнуться и пилить вперёд, и лис делал так же, чтоб не наткнуться на мою грубость. Иногда проваливаясь в снег, я ругалась себе под нос, поднимаясь с земли, потому что кроме проваливания в снег, я ещё успела споткнуться и завалиться на бок. Это даже не смешно, потому что спотыкаться, падать, это прям я мастер, но Сид всегда смеялся над этим, и за столько лет ему ещё и не надоело…
С пофигическим выражением морды шагая вперёд, мой нос учуял то, что где-то веяло знакомым запахом, а именно уловила тонкую нить того, кого знала, и знала практически хорошо. Поэтому поднявшись в лёгкую рысь, побежала вперёд, аккуратно переставляя ноги, потому что практически все кости ныли, точнее ныли те кости, которые когда-либо имели повреждения, чёртова перемена погоды. Рыся по полю, краем глаза смотрю за тем, что б Сид не потерялся, ну тоже мне, он-то и потеряться, хах, смешно. Около леса затормозила, начинаю жадно вдыхать воздух, ловя запах лошадей, и как только эту нить нашла, медленно, но верно пошла на этот запах, стараясь как можно аккуратнее обходить деревья, палки, которые были в снегу. Такое чувство, что никакого бедствия и не было, и сейчас я переживала тот момент, когда впервые вступила на эти земли, когда шла так же, как и сейчас, вперёд в неизвестность. Уже сквозь деревья видела некий чёрный силуэт, я знала, кто это был, поэтому лишь окрысилась, выдыхая, и вышла на «свет», вступив на некое подобие полянки. Сид встал сбоку от меня, словно тоже вспоминая моменты, которые здесь были.
Анафема плавно, словно чёрная пантера, явилась на полянку, громко фыркнув, показав своё присутствие здесь, ведь кроме Неса здесь была ещё какая-то лошадь, ранее не известная Денции.
-Смотрю потрепало не только меня…-тихо протянула я, таким образом здороваясь со своим старым знакомым. Да, пожалуй едкость, и все плохие качества, которые могут быть в характере, уже никогда не выйдут из меня.
Встав напротив бывшего вожака шайки, Анафема твёрдо встала в удобную позицию, хотя передняя нога и задняя продолжали ныть, как, впрочем и левый бок. Никогда не была многословной.

5

Нега лёгкой рысью  вбежала в небольшой берёзовый лесок. Хоть солнце и грело, но уже был вечер и стало чуть холоднее чем утром. Вокруг стояла тишина, и только изредка "чавканье" снега из под копыт перебивало  таинственную тишину. Ноги по венчики были в прилипшем к ним снегу, а правая передняя в том же месте начала кровоточить из-за того, что Нега при резвой рыси зацепила копытом ногу, а сейчас рана намокла.  Вскоре к этому самому "чавканью" прибавилось звонкое пение птиц и шум деревьев, на которых скоро начнут появляться почки, а затем уже и молодые и сочные листья. Кобыла с рыси перешла на шаг и начала оглядываться. Уши то и дело вертелись в разные стороны на звуки.
Неужели все эти долгие странствия которые длились два года  скоро закончатся? И голод , и одиночество исчезнут? И наступит новая жизнь, новые друзья и семья? Множество мыслей крутились у кобылы в голове. Да и ещё  с каждым днём она всё больше вспоминала старый табун, двух сестёр , родителей, и старую кобылу стоящую во главе табуна. Как они, что с ними, живы ли, здоровы? Но ведь теперь её ждут совсем новые испытания...
Воспоминания нахлынули на неё тогда, когда она вошла в лес.
"Уф... скоро весна, будет сыро, грязно, да и линька не за горами. Надо побыстрее найти хоть кого нибудь. Да и поесть чего нибудь не помешало бы. "- оглядываясь подумала она.
На спине и боках кобылы были сырые "пятна", снег попавший на них просто растаял. Длинная,когда-то густая, жесткая грива плотно прилегала к шее, и уже не казалась такой пушистой и густой как раньше. А вот хвост, хвост бы в некоторых местах запутан репьями.
В ожидании весны сердце стучало всё "веселее ". Пройдя немного вперёд, она разглядела некие силуэты среди деревьев, и ей стало любопытно. Кто же там, хищник или лошадь, друг или враг. А может ей уже кажется из-за голода?
Вскоре она вышла на поляну- там стояли ещё  лошади. Остановившись она начала оглядывать поляну. Затем она недоверчиво, но приветственно заржала, как бы знакомясь и приветствуя остальных.

6

Холодно... Очень холодно... Снег мягкими хлопьями падает тебе на спину и налипает на гриву. Солнце отогревает всё своими лучами, но ты не чувствуешь этого тепла. Северный ветер обдувает тебя. Ты лежишь на холодном снегу и думаешь...  Нет, неправда! Ты больше не думаешь. Резкое, постепенно утихающие дыхание поднимет твою озябшую грудь. Кожа ездит по выпирающим рёбрам. Тебе уже всё равно. Ты постепенно забываешь о холоде, о голоде и о чувствах вообще. Только глаза всё ещё реагируют на окружающий мир. Но вот и их ты уже закрыла. Тебе нет радости видеть этот мир. Больше не осталось сил жить... Никого не было рядом и никто не мог помочь. Но ты не хотела помощи. Где-то там есть лучшая жизнь, в которой нет жестокости, гордости и всех отрицательных качеств. Это ужасно скучная жизнь, но ты больше не хотела возвращаться в этот мир. Ты потеряла всех и не было никакого смысла жить. Ты уже погрузилась в мир мечтаний и грёз. Ты рисовала себе картины лучшего мира и постепенно теряла себя. Душа медленно покидала тело, оставляя в нём все плохие воспоминания и чувства.
А снег всё падал... Ты уже превратилась в большой сугроб. Ты не чувствовала холода и обжигающего ветра. Тебе было всё равно... Жизнь стала бессмысленной для тебя. Каждый миг, проведённый на Земле казался тебе чем-то неправильным. Это была неправильная история. Ты уверяла себя, что всё это был сон и пора наконец проснуться. Но какое-то чувство сжимало твою грудь и сдерживало уходящую душу. Ты не понимала этого чувства, вернее не хотела понимать. Для тебя всё превратилось в плохой сон - кошмар. Ты больше не существовала... Никто сейчас не мог вернуть тебя к жизни. Все далеко... Никому нет дела до одинокой души, которая хочет покоя. Иной мир манил своей чистотой и непорочностью. У тебя кружилась голова от такой возможности покинуть эту жизнь. Всё равно тебе было не для кого жить. Ты не могла больше выполнять свой пожизненный долг.
Внезапно тебя окружило чувство какой-то беззаботности. Такое приятное чувство... Когда никто не требует от тебя ничего и ты можешь делать то, что тебе вздумается. Нет такого существа, которое потребовало бы от тебя хоть что-то. Ты стала совсем свободной. Но существо без долга - это никто. Ты потеряла себя... Но не совсем. Ещё какая-то надежда на спасения себя у тебя оставалась. Но эта надежда почти потеряла свою силу. Её оттолкнуло желание умереть... Именно умереть и больше никогда не вставать... Многие умерли и ты умрёшь.
Но резкое. необъяснимое чувство пронзило тебя. Ты не могла понять что это, но глаза твои открылись. Дыхание стало чаще. Ум обрёл трезвость. Я должна жить ради него... Жить в этом ужасном и порочном мире. Я должна. Должна! У меня нет другого выхода. Я молода - вся жизнь впереди. Я встану! Я буду бороться, чего бы это мне не стоило. Я должна быть сильной ради него. Если я умру, то умрёт он, а я не хочу этого. Мы должны жить. Должны выполнить свою жизненную миссию. Мы будем стойкими и твёрдыми. Мы не покинем остальных, как они покинули нас. Возможно кому-то сейчас нужна помощь. И каждый обязан жить. Каждый должен жить. Мы не можем просто так покинуть этот мир. Это слишком просто. У каждого есть свой долг, о котором я забыла. Я потеряла его, но это было ошибкой. Мы должны исполнить данное нам в начале жизни задание, каким бы сложным оно ни было. Даже если жизнь покидает нас, мы должны бороться до последнего мгновения, до последней капли крови. А во мне её ещё достаточно. Я не ела больше недели и даже вставала всего раза два. Я обессилила, но я должна преодолеть немощь и идти. Идти туда, куда укажет мне сердце. Неважно, что я там увижу или кого встречу. Сейчас мы все равны. Каждый хочет выжить и это объединяет нас. Вне зависимости от того, кто мы такие и к какому виду принадлежим.  Любовь к жизни, стремление к ней - вот главное чувство в нашем мире. Здесь каждый может умереть в любой момент умереть. Но каждый отчаянно бориться за право жить на Земле. Эта жестокая борьба заставляет нас двигаться вперёд и не оглядываться назад, не останавливаться. Каждое мгновение дорого, ведь смерть сейчас близка. Она бродит за каждый из нас по пятам и поджидает удобного момента, чтобы полакомиться нашей душой. Но нас не так-то просто сломить. Мы будем жить! Мы будем жить ради других! У меня ещё есть ради кого существовать, поэтому я не могу умереть.
Ты медленно задвигала ногами. Они совсем окоченели и еле двигались. Грудь сжималась от тяжёлого дыхания. Каждую мышцу насквозь пронизывал холод. Ты с трудом повела телом и скинула с себя шапку снега. Голова не поднималась. Ты старалась хоть её поднять. но это тебе не удавалось. Наконец ты подняла её. В глазах всё плыло. Ты попыталась сфокусировать на чём-нибудь зрение и разглядела отдельные предметы. Теперь предстояло подняться на ноги. Ты пошевелила каждой мышцей и скривилась от лёгкой боли. Ты сделала огромное усилие и встала. Ноги дрожали и еле удерживали твоё тело. Ты выглядела жалко. Обвисшая, спутанная в клоки грива, грязная, мокрая шерсть, выступающие рёбра и дрожащие ноги. Ты подняла голову. Перед тобой лежал мир. Огромный, необъятный. Тебе предстояло найти в нём его. Ты не знала как ты это сделаешь, но чувствовала. что должна это сделать. Ветер дул тебе прямо в лицо и ты щурилась. Солнце пригрело тебя и стало немного легче. Ты сделала первый неуверенный шаг и нога провалилась в густой снег. Ты слегка покачнулась и пошла. Идти было тяжело. Во-первых ноги не слушались, во-вторых высокий слой снега мешал передвижению. Пока ты лежала эти два дня и спала, его нападало достаточно. Ты огляделась. Ты шла между берёз. Когда упала тут два дня назад. ты даже не заметила где находишься. Сейчас же всё вокруг прояснилось и ты смогла разобрать где находишься.
Впереди послышались голоса. Ты опустила голову и ускорила шаг. Ты вышла на небольшую поляну, посреди которой стояло несколько лошадей. Ты остановилась и подняла голову. В глазах твоих читалась слабость и изнеможение. Ты с прошением оглядела присутствующих и снова опустила голову. Ноги подкашивались и ты невольно упала набок. Ты старалась удержать голову над землёй. Сейчас для тебя было главное - это идти. Идти не смотря на голод. Идти не обращая внимания на слабость. Но ты не могла. Ты очень давно ничего не ела и силы покинули тебя.

7

Зима. Это была самая ужасная зима за всю мою жизнь. Не хотелось жить, лишь приходилось. Снег, легкими хлопьями кружили над головой снежинки, а я лишь поднимала заплаканные глаза к небу, закрываю глаза и проклинала весь этот мир. Чувствуя, как снежинки падали мне на глаза, я открывала веки и струшивала этот проклятый снег.
Легкой рысью я вышла в березовое пролесье. Тут собралось несколько лошадей, среди которых был тот самый, тот любимый, тот, ради которого я не кидалась с обрыва, а старалась быть сильной и держаться. Тяжело вздохнув, я направилась к Херсонесу, обойдя всех лошадей, я не проронила не слова. Поникший взгляд, что был направлен под ноги, отведенные уши назад, слегка приподнят хвост. Молча. Не сказав не слова любимому жеребцу, я лишь уперлась в его мускулистый бок своим лбом. Глядя на него, я снова вспоминала свою дочь. Прожив так мало ее забрали небеса. Моя девочка, мой маленький ангел, не уберегла, еле выжив самой. Было больно в душе, словно ножом кто то меня шнырял в спину, а я стояла притулившись к Херсонесу и держала слезы в глазах.
Ко мне подошел мой маленький друг, он взобрался на спину и притулился и гривы, уткнулись носиком и стараясь меня тоже поддержать.
Я понимала, что должна жить, что мою маленькую девочку забрали от меня, но может однажды у меня снова будет жеребенок и я вопреки всему сохраню ему жизнь! От последней мысли я уверенно топнула копытом и фыркнула, горячий пар из ноздрей поднялся к небо, а на морде оставив крохотные капельки. Я сделала шаг назад и посмотрела на жеребца. Он тоже был не сильно рад, такой же тусклый взгляд, такая же печаль, но в его взгляде не было ненависти и обвинений в мою сторону, он все так же был любим и нежен. Он был мне нужен, нужен как никто другой в этом мире. Я снова подошла ближе и снова притулилась к нему.

п.с. мой мего пост х) что то лень писать мемуары ыыы

8

начало
Что ж, назвать чувство угнетения - хорошо, Баила просто не могла. Она вновь и вновь то опускала, то задирала вновь голову. Ее что-то мучило изнутри, что-то тянуло и бесполезно кусало... Это словно чувство тоски и одиночества. Легкие снежинки ложились на нос Баилы. Чувство угнетения пропадало на секунды, но вновь возвращалось... Весеннее солнце уже пригревало. Спина кобылы была светлой, но не смотря на этой, светило дало о себе знать.
Чувство неумолимости вдруг непокорно скрипело в животе Баилы. Хотелось есть и точка. Кобыла пустилась в легкую рысь. Грива подлетала, хвост между тем просто барахтался, как отмершая часть тела. Пинто пыталась найти траву, которая была перед самым ее носом. Глупышка еще долго рысила меж деревьев и наконец успокоилась. Нахмуренная и огорченная она нашла наконец траву, зеленую, в утреннем инее. Вокруг травы припорошило снежком, так будет еще вкуснее.
Баила отведала первый пучок. Было довольно насыщенно и этот прохладный вкус оставался еще надолго. Вокруг было море травы. Все прятали за собой тонкие красавицы березки.
Отведав завтрака, кобыла вновь пустилась в легкую рысь, но уже довольная. Глаза сами хотели немного прищуриться, а хвост подлетал вместе с гривой. Смотреть на эту кобылу было одно удовольствие. Хотелось самому пуститься в бег, догнать ее и бежать рядом. Как это было прекрасно.

Отредактировано Bailarina (2013-03-24 18:03:33)